Как только створки открылись, семь раз просвистели игольники, и всё. Десяток гвардейцев подбежали к лифту и быстро извлекли трупы из костюмов, поле чего передали их тем, кто был в штурмовой группе. Один костюм достался Гину, четыре – другим гвардейцам, тем, кто получил тяжёлые бластеры. Пятый костюм ушёл второму офицеру моей гвардии. Теперь эти бойцы, подогнав под себя костюмы, вешали на крепления пояса и груди зарядные модули к оружию и проверяли их состояние. По крайней мере, четыре тяжеловооруженных бойца у нас теперь было. Кроме костюмов нам досталось пять игольников. После проверки гвардейцы их хотели выкинуть, но я не дал, в принципе я могу снять привязку. На нелетальное оружие они даже внимания не обратили, не нужно он им было. Зато гранат хватало, каждый гвардеец имел по две-три штуки.
Пока Гин командовал, я освободил от ошейников всех своих людей, активировав им нейросети, и устало отошёл в сторону. Остальных я так освобождать не собирался, слишком долгое это дело и муторное. Ошейники старые, приказ искину не отдашь, там дополнительный механический замок. Отдам тестер, пусть сами снимают, это не сложно, а спецы, я уверен, там есть.
– Ну что, готов? – спросил я Гина.
Тот уже расположил своих людей и флотских у лифтового холла, коридор был пуст. Из офицеров крейсера княжества, к сожалению, уцелело всего пятеро, старший артиллерист, оператор артиллерийских систем, энергетик, второй пилот, командир звена штурмовиков и старший техник лётной палубы. Остальные были из сержантского состава. Так вот, командирами поставил майор своих людей, сержанты командовали офицерами, и те временно мирились с этой ситуацией. В данной ситуации они нам не помощники. Именно поэтому флотским оружия и не досталось, всё ушло гвардейцам.
– Можно, – кивнул тот.
Почти сразу решётки всех камер стали подниматься вверх, освобождая заключённых.
Когда те начали выходить и спокойно направились к нам, Гин вышел вперёд, и когда толпа бывших зевов собралась плотнее, он поднял руку и сказал:
– Мы вас освободили, теперь у каждого свой путь. Те, кто желает и готовы перейти под наше командование до того момента, как мы покинем эту систему и доберёмся до обжитых систем, могут отправиться с нами, остальных я не держу. Решайте.
– Мы уже всё решили, – вышел вперёд конфедерат в рваном мундире пограничника. Судя по знакам различия, он был офицером. Там были свои звания, но если перевести на обычные Содружества, то это где-то между капитаном и майором. – Часть людей вам не верят и решили попробовать уйти своими силами, это где-то треть, остальные с вами. Я старший среди них. Командуйте, господин майор.
– Тогда у меня вопрос, не хотите тут немного поразвлечься? В соседнем корпусе отдыхают в номерах гладиаторы, и нас они, поверьте мне, не ждут.
Ответом был радостный рёв трёх сотен глоток. С гладиаторами разобраться пожелали все, даже те, кто решил не идти с нами. Это не была идея Гина, это я предложил. Двигаться такой толпой к парковкам – это самоубийство, перехватят на полпути, а вот занять оборону в зданиях Арены – это ещё реально, тем более у меня был допуск к местному арсеналу. Правда, там в основном было колюще-режущее, но тоже неплохо. По плану же я с флотскими лечу на платформе к парковке и взламываю пять-шесть штурмовых ботов, пилотов у нас хватало, после этого летим сюда, боты вооружены, и сверху штурмуем атакующих, которые к этому времени соберутся вокруг Арены. Потом экстренная посадка, забираем тех, кто выжил, и уматываем отсюда на боевую станцию. Тихой сапой, конечно, проще было, но раз решили всех освободить, так сделаем это громко. Да была надежда, что у нас с Тимом пресекутся пути. Не хотелось бы улетать, не простившись с ним.
Пока Гин командовал присоединившимися к нам людьми, создавая с помощью гвардейцев боевые группы и назначая каждой командира, я занимался игольниками пяти охранников. Взломал уже два, увеличив огневую мощь нашей группы, осталось три. Около меня постоянно находилось пять гвардейцев, вооруженных игольниками, во главе с лейтенантом Ридем, вторым уцелевшим офицером из гвардейцев, кроме майора.
Ошейники бывшие пленные снимали сами. Я выдал двум из них кривые спицы, и они довольно быстро стали их снимать. Там было два замка, электромагнитный и механический, электронный уже отключён, искин выполнил мой приказ, теперь открывали механический. Помимо этого я поделился и медтестером, чтобы можно было активировать нейросети.
– Держи, – сняв привязку с третьего игольника, протянул я оружие одному из моих флотских офицеров. Все гвардейцы уже были вооружены, так что это оружие шло флотским, начал я с офицеров.
– Пора, – подошёл ко мне Гин.
Поговорить мы до сих пор не успели, это печалило. Та обмолвка меня напрягала, сердце сжималось в недобрых предчувствиях, но времени обменяться информацией просто не было.
– Идём, – согласился я.
