Нуресса улыбалась и с одобрением поглядывала на дрона.
– Что попалось в открытом доступе, то и закачал. А что?
– Императорские церемонии проводятся только во дворце на столичной планете, у нас здесь другие, проще. Хорошо, что мама владеет этими церемониями и знает некоторые особенности танца.
– И что? – всё ещё не понимал я.
– Я этого не умею, – сердито ответила Малия. – Мама грозила, что наймёт учителя, а тут такой подарок. Вот спасибо.
– Ну я могу отключить эту функцию.
– Да что теперь? – отмахнулась Малия. – Всё равно выучить заставят. А тут хоть интересно. Забудем об этом разговоре, подарок мне о-очень понравился.
– Вот и ладушки.
К нам подошли танцоры, я скинул Малин на коммуникатор коды владения дроном, чтобы она зарегистрировалась как его владелица, и, пока она это делала, мы с нурессой отошли чуть в сторону.
– Я не знаю, как вам пришло в голову произвести на свет эту интересную и, я бы сказала, забавную машину, но она очень подходит дочери… Ой, смотри, у неё уши зашевелились, как будто она от мошкары отмахивается… О чём это я? Ах да… Более того, если грамотно произвести рекламную кампанию, то, вполне возможно, на вас посыпятся заказы на создание подобных дронов и предложения о продаже главной лицензии на их производство. У моего мужа есть фабрика по производству ремонтных дроидов пятого поколения. Я думаю, труда не составит перепрофилировать один цех на небольшой выпуск этих «Анубисов». Лично я бы была не против иметь такого защитника. Бывают случаи, когда он крайне необходим.
– Это не проблема, тем более это только одна из версий. Есть ещё копии «Гор» там или «Сехмет». По желанию. «Сета» предлагать не буду, там голова осла.
– А это что?
– Это всё то же самое, только голова «Гора» – в виде птицы. А «Сехмет» – женщина с головой львицы, соответственно, с женской фигурой.
– Я бы приобрела себе «Сехмет», если будет такая возможность. Ты всё-таки подумай насчёт продажи лицензии или временной передачи с отчислением по продажам. Это очень неплохой побочный доход.
– Я подумаю над этим предложением, – согласился я.
Мы стояли на ступеньках и смотрели, как Малия пробует возможности дрона в разных направлениях.
– Малия, ты скомандуй ему тренировочно-показательный бой с тенью. Только отойди в сторону, хотя тебя и не зацепит, но лучше обезопаситься.
Девушка послушалась, она перешла к нам и на голосовом управлении скомандовала дрону, что я ей посоветовал. Дальнейшее произвело фурор не меньший, чем танец. Выхватив из-за пояса серп и цепь с шипастым шаром на конце, дрон начал бой с тенью. Я это уже видел, поэтому больше наблюдал за мимикой хозяек. Это была смесь восхищения, ошарашенной недоверчивости, что это действительно происходит, изумления и даже зависти. Кроме этого я случайно заметил, что во всех окнах видны слуги, которые с тем же выражением наблюдают за боевым танцем дрона. Оказывается, слуги действительно существуют, а то я подумал, они эфемерны.
Наклонившись к уху Малии, я тихо прошептал:
– Я тебе на почту отправил инструкцию по использованию, прежде чем активировать его охранный режим, прочитай внимательно, а то могут и жертвы быть. Это ведь всё-таки не игрушка.
Не отрываясь от завораживающего зрелища, девушка кивнула.
Посмотрев на управляющего, который тоже любопытствовал на веранде, я показал ему знаками, что хочу есть. Хозяйки так увлеклись подарком, что их сейчас лучше не трогать. Теперь, как понимаю, они больше не заикнутся о собачьей голове дрона. Какое уродство? Это боевой вид дрона, для устрашения. Теперь и сами его защищать будут. Если ещё одного захотят такого, пусть обращаются. Попробую обеспечить.
Я не говорил хозяйкам, что этот дрон не единственный. Командующий базой заинтересовался, для чего мне синтезатор, и, узнав суть работ, попросил себе такой «Анубис» для дочери. Как он пояснил, та постоянно влипает в неприятности. Переходный возраст.
Третий остался у меня, сейчас он находится на боте. После регистрации новой модели дрона-телохранителя требовалось провести сертификацию безопасности на местном полигоне, где его будут тестировать настоящие спецы в своём деле. Только тогда «Анубисы» можно будет продавать массово. Сейчас же это были подарки под мою ответственность. Но мой конструкторский центр уже протестировал дрона, давая ему разные задачи в течение шестнадцати часов, тот испытания полностью выдержал. Так что я был в нём уверен.
Полковник, начальник военной базы, взял дрона за полторы тысячи, штука снялась за использование синтезатора. Неплохая цена на дрона-защитника. Пятое поколение, не хухры-мухры.
Теперь у меня на счёте было сорок одна тысяча за все работы, включая продажу дрона. Только вот производить их с помощью корабельных синтезаторов не стоит, придётся по себестоимости продавать. А вот промышленный синтезатор – это совсем другое дело. Так что предложение нурессы меня действительно заинтересовало. Но обсуждать его я буду только с нуром Оллой. Тут надо решить некоторые производственные вопросы.
