Управляющий передал прислуге, чтобы те отвели меня в обеденный зал и покормили, а сам вернулся на веранду. Я знал, это надолго, танец рассчитан на полтора часа. Пусть смотрят, их дрон, им его и обслуживать за износ.
Когда я заканчивал обедать, слуги распахнули створки дверей, и в обеденный зал гордой поступью вошли хозяйки. Они успели переодеться, поэтому были в плотно облегающих вечерних платьях. Позади Малин, возвышаясь над ней чуть ли не на метр, шёл «Анубис», грозно поводя головой. Меня он осмотрел с насторожённостью и, видимо, включил в список относительно дружественных объектов.
– Что, перевела его на боевой режим телохранителя? – спросил я, вытирая салфеткой губы.
– В щадящем режиме, – кивнула та. – Он не будет убивать, только задерживать и обездвиживать.
– Правильно.
– Ворт, я связалась с мужем через аппаратуру гиперсвязи и сообщила ему о дроне, переслав записи фехтования, рассказав о танце, его я не записывала. Муж очень заинтересовался и согласен провести полное исследование дрона на полигоне. Очень просил подождать его возвращения.
– Я же обещал. Тем более у меня много дел в системе. Так что я пробуду у вас довольно долго. Кстати, Малия, мне вот что пришло в голову. А что, если вложить в «Анубис» умения лыжника? Представь себя скатывающейся с горки с телохранителем под восхищённые возгласы зрителей.
Судя по заблестевшим глазам девушки, она очень ярко себе это представила.
– Хорошо бы, – вздохнула она. – Только вот дронов туда не пускают.
– Это на общественных горках. А для элиты и богатых таких запретов нет, там все ходят с телохранителями. Я в сети посмотрел, там этому посвящён целый раздел. Как будто конкурс устроили, у кого телохранитель круче.
– Я подумаю, спасибо, – вежливо поблагодарила Малия.
– Подумай-подумай. Там разные образцы дронов, у тебя крепкий середнячок. Ты его хорошенько поэксплуатируй, он у тебя всё-таки проходит комплексные испытания.
– А это не опасно, проблем не будет? – насторожилась нуресса.
– Ну вот, вспомнили. «Анубис» не проходил сертификацию безопасности, я рассчитываю провести её на днях. Мне должны сообщить, когда полигон будет готов.
– Мой будут проверять? – насторожилась Малия.
– Нет, я создал три таких дрона, – наконец выдал я информацию. – Один ушёл начальнику военной базы, где я производил ремонт и модернизацию, второй находится на боте, продолжает тестироваться, а третий стоит за тобой. Ты, кстати, дала ему имя?
– Хочу его Анубисом назвать, ему подходит, – обернувшись, проворковала Малия. – И непонятно, и красиво.
– Это твоё решение. Какие у вас планы на сегодня? Может, на пару часиков покататься слетаем?
– Зная тебя, предположу, что парой часов мы не обойдёмся, – насмешливо сощурилась нуресса Олла.
– Так не успеем долго покататься-то, вечер скоро.
– Ладно, слетаем. Малия, ты с нами?
– Конечно. Я Анубиса возьму. Ворт, ты когда Анубиса на лыжах научишь кататься?
– Да за пару часов. Я обычно беру подобную устаревшую программу в сетевой Помойке…
– Откуда?! – одновременно спросили Оллы.
– Ну есть рынок Помойка, а есть в сети раздел с продажами разной всячины. Он тоже называется Помойка, только уже сетевая. Вот я там находил старые бесплатные программы и переделывал их по своим параметрам. Это недолго, основное ядро остаётся прежнее.
– То есть… Подожди, – нахмурилась нуресса Олла. – У Анубиса стоят не фабричные программы, что прошли все проверки, а обычные самоделки?
– Конечно, где я для него нормальные программы возьму? Да не волнуйтесь, всё это достаточно надёжно и работоспособно. Вы пока отдыхайте. А я займусь усовершенствованием дрона. Дайте мне на это час-полтора, и всё будет готово.
– Хорошо, мы пока подготовимся к выезду.
– Доступ мне к дрону дай. А то я не смогу провести программную модернизацию, – встрепенулся я, пока Малия не убежала.
– Хорошо.
Мы разошлись по своим комнатам. Я сразу занялся поставленной задачей, что было нетрудно, хоть и очень нудно. Рука у меня уже была набита, поэтому работал я уверенно, перепрошивая часть ядра и нанося новые блоки в программу. «Лыжник» – достаточно серьёзная программа, поэтому я на всякий случай совместил её с программой обучения. То есть дрон по мере катания будет получать опыт, который станет внедрять и запоминать. Со временем я сниму копию матрицы программы и внедрю её в другие дроны. Если, конечно, нур Олла купит у меня лицензию на их производство.
Когда я внедрил в дрона созданную программу и, проведя с ним десятиминутные игры-тесты, проверил, как она встала, то дал добро на поездку.
– Он точно будет хорошо кататься? – спросила Малия. – А если упадёт?
– Это постараться надо. У Анубиса исключительное равновесие. Первое время его нужно погонять на лёгких горках, пока он не обучится нормально кататься и не позорить меня как своего создателя и тебя как владелицу. А потом можно уже и на серьёзных горках кататься, – пояснил я.
