«Внештатка» последовала во второй половине дня, когда Секач уже и волноваться перестал, и даже перекинулся с инструктором — толстым, лысым дядькой — парой свежих анекдотов. Пульт запищал и замигал красным, компьютер сообщил, что из резервного ангара несанкционированно стартовал челнок срочной почтовой связи. Секач вывел изображение «беглеца» на экран, тут же послал челноку запрос и с удовлетворением отметил, что тот не отвечает. Эти штучки нам знакомы, Секач тут же дал ангару команду на магнитный захват, но ангар сообщил, что сделать этого не может. Не справился он и с силовым захватом. Ситуация становилась интересной: беглый челнок плавно вышел из грузовой зоны и направился в сторону разгонной полосы. Что за новости такие?
В этот момент на экране возникло взволнованное лицо начальника порта, сообщившего, что во время экскурсии по космопорту школьник — учащийся седьмого класса отстал от группы, пробрался в ангар и сумел запустить двигатели челнока. И теперь мальчишка может погибнуть, так как ожидается прибытие большого корабля из пространственного прыжка.
Мальчишку надо было спасать, и Секач, ни секунды не раздумывая, бросился к шлюзу. Через три минуты он был уже в патрульном катере, еще через две уже летел к разгонной полосе, уверенно сжимая штурвал. Мальчишка оказался шустрым: заметив погоню, он сделал попытку смыться. Вот это была погоня, вот это было шоу! Как потом рассказывали Секачу, вся академия наблюдала за ней на экранах своих компьютеров, а все те, кто был на базе, гурьбой высыпали на наблюдательную площадку посмотреть это вживую. А посмотреть было на что, дважды пацан едва не врезался: сначала в старую космобаржу, пристыкованную для списания, а потом в пришвартованный под разгрузку рудовоз. Наконец Секачу удалось зажать его в тупике сортировочной и включить магнитный захват. Мальчишка подергался, но потом сдался и позволил отбуксировать себя обратно к ангару.
Из шлюза Секач выходил героем. Толпа однокурсников встретила его радостными воплями, а пара девиц даже кинулась на шею целоваться. Он очень пожалел, что под рукой у него в этот момент не нашлось хотя бы завалящего гермошлема. Именно в героической позе с гермошлемом под мышкой и сияющей девицей на шее Секач представлял себя на обложке журнала их академии с подписью: «Экзамен сдан на “отлично”! Новое поколение навигаторов к покорению космоса готово!»
Но экзаменатор вкатил ему «кол» — у ребят аж челюсти отвисли от удивления.
— Юноша, — поучающе проговорил седой космический волк с заросшими густой щетиной скулами, — ценю вашу лихость и отвагу, но хочу предупредить: космос не терпит лихачества. Космос — это не Дикий Запад поза-позапрошлого века, это рутинная, порою даже нудная работа. В космосе нужно работать головой, если вы не хотите без оной остаться. Почему вы покинули свой пост дежурного? Очень важный пост, я бы сказал, важнейший. Зачем вы помчались в этот катер? Зачем вы начали гоняться за этим мальчишкой, поставив под угрозу работу всего порта? А если бы он со страху врезался в разгонные блоки тяжелого сухогруза, а если бы в силовую установку центра навигации? Вы что, инструкций не читали? Вам надо было первым делом включить силовую защиту станции, а после этого просто со своего пульта переключить управление челнока на «лоцманское управление». И челнок сам бы тихонько вернулся на свое место в ангаре. «Кол», юноша, большего вы, к сожалению, не заслужили. Не ставлю вам «нуля» по одной причине — мне очень понравился ваш лихой вираж вокруг сухогруза…
Вот так, с пятнадцатью баллами в итоге Секач и лишился заветного места в отряде навигаторов. Поначалу он собрался было вообще забрать документы из академии и, плюнув на три года упорной учебы, завербоваться колонистом на дальнюю планету или вообще в космолегион… Но отошел и продолжил учебу на диспетчерском отделении, пятнадцати баллов там как раз хватило. И частенько Секач с грустью наблюдал за стройными колоннами курсантов-навигаторов в белых скафандрах, направляющихся на практические задания на космодром, и ненавидел свой синий комбез диспетчера.
Вот так всего один день, всего одна глупость может перевернуть всю судьбу и направить его по совсем иному пути…
***
Вездеход с натугой взревел двигателем, преодолел последний бархан и выехал на берег. Секач глянул на дисплей: температура за бортом 42 по Цельсию и ветер. Однако! Натянув на голову шлем, он ткнул в клавишу, и прозрачный колпак вездехода с легким шипением откинулся. Тут же его обдало горячей волной жары, кожа покрылась испариной. Не беда, три недели назад до шестидесяти доходило, на нагретой крыше ангара можно было яичницу жарить, и то пережили, около холодильника по очереди ночуя. Пляж был покрыт малюсенькими дырочками — норками крабов. Секач как-то попал на пляж ночью: весь берег шевелился, словно живой, шагу не сделаешь, чтобы на краба не наступить. А сейчас попряталась мелочь пузатая от жары, но ничего, ночью они еще свое возьмут…
