Алямм спохватился, подобрал сопли и выпустил облачко ароматических спор. Вонять сразу стало значительно меньше. Вообще-то Алямм — классный парень, в шахматы рубится здорово, в ихтиологии разбирается, но в пору почкования, когда их народ уходит для продолжения рода в океан, жутко воняет. Что поделаешь, свойства организмов у них такие, уходят в океан, цветут и пахнут, от оргазмов содрогаясь. Как раз к началу курортного сезона выберутся они из воды в удвоенном количестве и разбредутся по берегу, чтобы пустить корни в ожидании туристов. И будут ласково качать их на своих лианах, обдавая облачками волшебных ароматов, и будут им дарить букеты сорванных с себя самих цветов, и петь им саги о Райских Кущах — прекраснейшем месте на земле. Не бесплатно, конечно, все хруммы, как правило, на окладах в турфирмах. Но это когда еще сезон начнется, через месяц с лишним, а сейчас у хруммов самая любовь. Тем более удивительно, что в такую благодатную пору Алямм покинул зацветшую водную среду, не закончив сладостного процесса. Вон у него бутоны набухли, и второй стебель наметился.
Алямм сделал церемониальный поклон, распустив лепестки главного цветка, тут же деловито сложился и прошелестел:
— Меня послать старейшины, лейтенант Секач, они очень озабочены.
— И чем же именно? — спросил Секач, усаживаясь на койку.
— Наши разведчики доложить, что в океане у восточного рифа быть что-то чужое и опасное.
— Что значит «чужое»?
— Они пока не могут объяснить, но что-то очень, очень, очень опасное. Не наше. Старейшины просить тебя проверять, но быть осторожный.
— Где именно у восточного рифа? Риф, он большой.
— В районе между тем, где кататься на попах, и тем, где играть мудрые морские млекопитающие…
— Это значит, между аквапарком и дельфинарием?
— Да, наверное, старейшины сказать, что Секач найдет. Я все сказать, мне пора в океан.
Алямм снова показал Секачу свой церемониальный цветок, в этой цветовой гамме означающий пожелание счастливо оставаться, и, шлепая нижними корневищами по влажному полу, двинулся к выходу. Секач проводил его взглядом и задумался. По идее, это было не его собачье дело. Его дело — космодром, все эти стартовые площадки, склады и пакгаузы. А тут океан, какой-то восточный риф, что-то опасное и чужое. Да, Алямм так и сказал: «Опасное!» Замечательно! Хоть какое-то разнообразие. Посмотреть что ли, раз все равно делать нечего.
Секач связался с техблоком и заказал вездеход с полным комплектом для подводного плавания. Тут же запищал внутренний селектор и заговорил голосом его напарника:
— Секач, ты что, с ума от жары сошел? Какой акваланг? Сейчас в океане от этой цветущей гадости не протолкнуться.
— Я хочу проверить дельфинарий.
— Дельфинарий? Так он тоже зацвел.
— С горок в аквапарке покататься захотелось.
— С горок в акваланге? Ты точно с катушек съехал. Это, наверное, когда на пилота учился.
— Знаешь что, да пошел ты!.. — рассердился Секач. — Я же не учу тебя, что делать. Смотришь во время дежурства своих голых свинищ, вот и смотри…
***
Сволочь Крупник ударил, можно сказать, в самое больное место. Герберт Секач когда-то на самом деле учился на отделении пространственных прыжков и пилотирования в дальнем космосе. Учился неплохо в общем-то, но… Экзамены на отделение космонавигации Секач провалил с блеском. Без преувеличения! Иначе и не скажешь, вся академия наблюдала за его подвигами. Тесты и письменный экзамен он сдал на «семерки» и срезался на «практике», на том, в чем был уверен на все сто! Пилотирование было его коньком, еще во время учебы инструктора просто диву давались, как этот паренек умело рассчитывает маршрут, как лихо выводит огромный корабль на стартовую полосу перед прыжком, как ему удается приземлить челнок на крохотный пятачок посреди океана или в джунглях. Правда, все эти полеты и посадки были виртуальные — тесты учебных программ да тренажерах, — но все-таки!
— Ну, парень, ты прям Алан Зитцдорф! — говорил ему старший инструктор Петтит. — Далеко пойдешь, только не увлекайся особо, настоящий корабль — это все-таки не тренажер, хоть в управлении и похож.
Как в воду глядел инструктор Петтит. На практических экзаменах курсанты должны были день отдежурить диспетчерами на небольшой орбитальной товарной станции. Небольшой, но настоящей, и их предупредили, что во время дежурства предусмотрена одна нестандартная ситуация, и именно от того, как курсанты с ней справятся, будет зависеть итоговый балл. Нет, ну скажите, какой идиот придумал, чтобы будущие навигаторы сдавали экзамены по диспетчерскому дежурству? Зачем навигатору вся эта тягомотина с оформлением рейсов и стоянок? Навигатор должен летать, а бумажки пусть космодромские крысы оформляют. Но что поделаешь, правила есть правила.
