Он сделал паузу, и его купол окрасился самодовольством.
– Что касается наших друзей с Нептуна, то в том, что с ними произошло, нет ничего загадочного. Нептунианский флот, должно быть, не получил предупреждения от дартан – вероятно, из-за помех со стороны Красного Пятна – и, естественно, они попали в ловушку, расставленную Неправильностью Пространства. Я полагаю, что это Красное Пятно – останки некоего космического странника, состоящего в основном из какого-то чрезвычайно тяжелого элемента, более тяжёлого чем уран – элемента чрезвычайно радиоактивного. То, что мы видим в качестве пятна – это в основном свет, вызванный воздействием излучения этого элемента на облачный покров Юпитера.
– Легко понять, как это излучение должно было повлиять на нептунианцев. Ионизируя их газы, оно разрушило всю их психическую и физическую структуру. Сейчас, вдали от излучения, их жизненно важные органы медленно реорганизуются и восстанавливают свои функции.
– Мы, с нашими более плотными, крепкими телами, почти не пострадали. Если не считать неприятного ощущения жжения и очевидного увеличения веса, мы даже не испытывали особого дискомфорта. Я полагаю, что постоянное воздействие коротковолнового разрушительного излучения привело бы к катастрофическим последствиям, но об этом не стоит думать.
– Что касается будущего… – Кама-Лу резко замолчал, не сводя глаз со своей аудитории.
На его куполе медленно проступил оттенок негодования. Фо-Пета и Зира парили в стороне, их щупальца переплелись друг с другом, они совершенно не обращая внимания ни на что, кроме своего воссоединения и своей любви. «Они не слышали ни слова из моего доходчивого объяснения», – с досадой подумал он.
Он машинально посмотрел на пассажиров нептунианского корабля. Старший из них, Транда, поднялся и неуверенно попытался передвигаться на дрожащих трубках. А рядом с гласситовой стеной стояли Стипа и Тина, их присоски нежно поглаживали друг друга, их ауры слились воедино, их трубки любовно переплелись!
Внезапное веселье озарило купол Кама-Лу. Это было естественное и неизбежное явление – возникновение любви между этими юными созданиями. Он знал это по собственному опыту! Со смиренным видом он повернулся и подплыл к экранофотоскопу. Пришло время им возобновить свой полет к месту сбора флотов. Они могли мгновенно добраться туда в сфере измерений, и выйти и сразиться на своих космических кораблях, поскольку управлять кораблем измерений было бы невозможно.
Включив питание и повращав различные регуляторы, он послал свой голос сквозь космическую пустоту, вызывая флоты Дарта, Меа-Куна и Дос-Тева, долго вызывая их на всех частотных диапазонах. Он ждал бесконечно долго, вызывая снова и снова – ответа не было.
Они были одиноки, изолированы в пустоте космоса, бессильные помочь в битве с Ай-Артцем, захватчиком с Лемниса.
Булло было трудно сохранять оптимизм, бывший для него естественным состоянием, поскольку оба его товарища пребывали в бездне отчаяния. Дос-Тев, низложенный принц Лемниса, сидел на металлической скамье у стены с таким апатичным видом, что мог бы послужить образцом для изучения уныния. Что касается Меа-Куина, то его старческое лицо, испещренное морщинами от многочисленных испытаний, через которые они недавно прошли, и его быстрая, нервная ходьба взад-вперед по комнате свидетельствовали о тщетной ярости и унынии. А сам Булло окинул взглядом их крошечную металлическую тюрьму без окон и с одной надежно запертой дверью и почувствовал, как его сердце ушло в пятки.
Меа-Куин нарушил долгое, тягостное молчание:
– Как мы дошли до этого? Трехлетнее путешествие по космосу, совместные усилия, позволившие, наконец, нам установить контакт с народами Солнечной системы, возможность оказать Ай-Артцу королевский прием с помощью мощной боевой армады – и тут вмешивается Неправильность Пространства и в один момент все портит! Пусть Тор проклянет его, и пусть его душа, если она у него есть, достанется Краузу – то существо, что называет себя Крзза из Лксизы! И пусть злые боги всех измерений вселенной разорвут его в клочья…
Меа-Куин оборвал свою тираду и замолчал, когда чья-то рука коснулась его плеча. Это был Дос-Тев, его лицо выражало мольбу и надежду.
– Возможно… возможно, офицеры разных флотов Солнечной системы с подозрением отнесутся к курсам, проложенным Неправильностью Пространства от вашего имени. О, если бы мы только могли знать, что это так и что они окажутся в безопасности. Тогда я бы умер с миром, зная, что Ай-Артц будет побежден благодаря нашим усилиям.
– Айхуу, Дос-Тев, – ответил лемнисский ученый. – Если бы только это было возможно. Но я боюсь, что различные флоты, жаждущие вступить в бой, будут следовать ложным предательским курсам, указанным нашим врагом, и слишком поздно осознают грозящую им опасность. Клянусь Тором, даже думать об этом мучительно – флот Третьей планеты устремляется к Солнцу; корабль Восьмой планеты летит в пасть пылающего смертоносного Красного Пятна Юпитера; дредноуты Марса…