Когда до столкновения остались считаные секунды, Тед врубил прожектора, превратив корабль в слепящий сгусток света, несущийся на врага, и фреанин ожидаемо не выдержал. Все орудия «Долгоносика» (помимо открыто установленных лазерных пушек у корабля оказались еще две плазменные, замаскированные под навигационные приборы) выплюнули в чокнутого камикадзе максимальный заряд, но за миг до этого «Третий шанс» неожиданно для врага и зрителей повернулся кверху боком, «упал» в щель желоба и полетел под ним. В высоту корабль был на четыре метра меньше, чем в ширину, и Дэн выделил на схеме трассы три пригодные для бокового «нырка» «полыньи». Следующая – у входа в Песочные Часы, и изначально напарники планировали использовать их в обратном порядке, если понадобится обойти какого-нибудь упрямца. До Теда на такое никто не отваживался, но ведь и киборга в навигаторах ни у кого не было. Точный расчет и безбашенная лихость идеально дополнили друг друга.
Какое-то время «Долгоносик» еще мчался по трассе, пока – снова благодаря не в меру болтливому хумансу! – не понял, что совершил фатальную ошибку.
В баре творилось невообразимое. Кто-то из самых рьяных поклонников «Третьего шанса» вскочил на стол и триумфально орал, раскручивая над головой кожаную куртку, из карманов которой летела во все стороны разная мелочовка. Засмотревшаяся на проекцию официантка сделала лишний шаг и случайно облила клиента пивом, но тот воспринял это как душ из шампанского; соседи, на которых не попало, обиделись больше. Хрущак в порыве чувств стиснул в объятиях алькуявского ксенопсихолога, и тот, помедлив, осторожно похлопал букмекера щупальцем по спине.
Стрелок сидел посреди этого хаоса как сфинкс – неподвижный и такой довольный, словно лично выписал «Долгоносику» путевку в ад.
– Кажется, кое-кому не мешает подлечить нервишки! – надрывал горло и динамики комментатор. – Сперва себя в лапах держать научись, фреанский сосунок, а потом за штурвал ими хватайся! Что? Это не ксенофобия, а констатация факта! Ладно-ладно, простите, увлекся! Открыв огонь по сопернику, «Долгоносик» нарушил главное правило Карнавальских гонок и выбывает из них
Но «Долгоносик» предпочел вообще не отвечать и, мотыльнувшись так, словно за пультом управления случилась небольшая потасовка, улетел в пустыню.
– Он чего, правда по нам пальнул?! – Тед вслушался в трескотню комментатора, только когда «Третий шанс» благополучно вынырнул из щели. – Вот козел! Я думал, сдрейфит и сбежит!
– За штурвалом действительно был фреанин, а их реакции отличаются от человеческих. Вероятность данного развития событий составляла семьдесят два процента.
– Мог бы и… А, ладно, какая уже разница! Так даже лучше, теперь его вообще ни на какие гонки не пустят, подлюку! Р-р-разворот!
Дуэль отбросила «Третий шанс» на двенадцатое место, но это был еще не конец, а примерно три четверти гонки. Самая горячая борьба за лидерство только начиналась.
Ланс давно перестал верить людям. Даже если они не врали нарочно, то умудрялись искажать и игнорировать исходные данные, на поправки выдавая агрессивную реакцию: «Пошел на хрен, сам знаю!», «Не твое дело!», «Заткни пасть, накаркаешь!»
Вот и сейчас – понятно, что если «Третий шанс» с разгону врезался в скалу, то никакая защита не спасет. Там еще и атмосфера агрессивная, разгерметизация корпуса убьет экипаж быстрее вакуума. Но люди вели себя так, словно летели не разгребать обломки, а просто забрать Теда с Дэном, как Полину с альфианской базы. Вероятность этого составляла примерно десять процентов; если бы Ланс видел, как все произошло, подсчитал бы точнее.
Но считать почему-то совершенно не хотелось. Лучше молчать, как остальные, пока корабль не приблизится на достаточное для визуального поиска расстояние.
Очень, как оказалось, правильная стратегия!
– Обнаружен «Третий шанс».
– Где?!
Команда принялась лихорадочно рассматривать дно каньона.
– Летит по трассе, – уточнил Ланс, уже абсолютно спокойный и довольный жизнью. Черт с ним, с баром, смотреть гонки отсюда гораздо круче, особенно когда сам сидишь за штурвалом! – Четвертый с начала.
Судя по последующей тираде Станислава, Теду с Дэном следовало разбить «Третий шанс» по-настоящему. Иначе смерть «идиотов, из-за которых меня чуть удар не хватил!», будет гораздо мучительнее.
– Но… – растерянно пробормотал Вениамин, косясь на столь же потрясенного Михалыча. – Мы же видели! Своими глазами!
– Щкквдл! – подтвердил механик. – Всмтк, тлкосклкплтл!
– «Космический мозгоед»! – Судя по голосу диспетчера, нарушителя воздушного пространства уже приготовились расстрелять, но в последнюю секунду все-таки сжалились. – Какого черта вы делаете в закрытой зоне?!
– Прилетели на помощь «Третьему шансу», мы думали, что он…
Под «Космическим мозгоедом» величаво проплыла «Любовница шторма». Из верхнего иллюминатора жадно таращились два десятка тесно спрессованных рож и отдельные глаза на ложноножках.
