Коснуться мира твоего полностью

Вначале мне это даже смутно нравилось – такое острое сочетание приятных эмоций, которые совсем немного граничат с раздражением, а оттого и ощущаются ярче. Но уже через несколько дней раздражение стало зашкаливающим, перечеркивающим все приятное. Теперь при взгляде на Хани я испытывал гораздо больше злости, чем трепета. А это уже совсем не похоже на возвышенное волнение подростка. В моей голове родился и расширялся, завоевывая все новые и новые территории, абсолютный негатив, который начал распространяться не только на нее или Нала. Промахнувшемуся на охоте Дику хотелось врезать, а Торка за подгоревшее мясо – прибить. И чем дальше, тем больше. Проанализировав свое внутреннее состояние, я пришел к выводу, что проблема зиждется только в этой болезненной навязчивой идее, что Хани непременно должна была сначала принадлежать мне, а потом уже выбирать кого угодно. Эдакое ни на чем не основанное чувство собственности – матушка дала бы мне оплеуху, озвучь я ей подобные мысли. Но любую навязчивую идею, тем более такую нелепую, можно научиться игнорировать.

И как всегда, я успешно справился с поставленной перед собой же задачей. Со временем и думаться стало легче, и смотреть на старого друга проще. Теперь я не выискивал подвоха, не зацикливался на том, какими глазами смотрит она в его сторону, когда тот поет. Несмотря на то, что в некоторых сферах я был кромешно избалован, я никогда не был рабом своих желаний. И теперь не стану.

Правда, слух сам улавливал все, что непосредственно касалось нашей новенькой. Оказалось, что полушепотом она обращается не собственному отцу, а к некой абстрактной фигуре, которую Нал обозначил, как «бог». Такое мировоззрение, основанное на вере в какую-то сверхъестественную сущность, сотворившую мир и следящую за каждым человеком, чтобы после смерти воздать всем по заслугам, было типично и для древних людей. Так что крысоеды не изобрели колеса. Нал терпеливо объяснял, что религия помогает людям быть лучше, безропотно придерживаться норм и самостоятельно держать себя в рамках. С другой стороны, религия упрощает и контроль над такими людьми. Картина становилась все полнее. Допустим, если нужно ограничить рождаемость, то гораздо проще внушить людям, что секс и зачатие – отвратительны «богу», вместо того, чтобы следить за каждой спальней. И хоть мысль о том, что подземелье небезгранично, я обмозговывал не раз – только теперь становилось все предельно ясно. Ее нежелание сближаться с мужчиной было всего лишь необходимым крысоедам стереотипом, внушенным с самого раннего детства, обличенным в ауру религии. Но если это противоречит природе, то любой стереотип можно переломить – это и сделал для нее Нал. С чем их обоих и поздравляю.

В общем, ее история разрешилась благополучно, чего не скажешь об остальных крысоедках. Но не идти же нам под их ворота с лозунгами, предлагая свои услуги в отказе от стереотипного мышления? Возможно, ее выдуманный друг просто позволяет ей справиться с накопившимися переживаниями, потому что она не умеет с ними справляться по-другому? Их не учат искать ответы в себе и самим себя судить, потому-то она ищет поддержку и оценку своих действий извне.

Удивительно, но все последовали просьбе Нала безропотно. Даже Дик с Саем ни разу не упомянули Отца при ней! А до сих пор в этой компании запретных тем не было. Последнюю границу перешел Сай, когда рассказывал нам о цвете своих фекалий после того, как обожрался какой-то степной травы. Я думал, что уж после этого ничего запретного быть не может – и гляди-ка, появилось! Нахождение рядом Хани меняло нас, хоть она сама об этом и не подозревала. Уже многие в ее присутствии начали выбирать выражения – и хоть полностью отказаться от обсуждения постельных похождений мы физически не могли, но эти самые похождения теперь были облечены в какую-то почти невинную форму. Будто сам Отец смотрит на нас с осуждением через глаза Хани, а нам от этого становится неловко. Смешно. Но, кажется, именно это факт и означал, что мы окончательно приняли ее в свой круг со всеми ее заскоками. Да и она старалась слиться – уже шла наравне со всеми в общем темпе часами, а на Шо садилась, когда окончательно выбивалась из сил. С ее характером она найдет себе место в Городе Солнца.