Коснуться мира твоего полностью

– Он и мне предложил, – от смущения Закари затараторил быстрее. – Но я отказался. Здесь полно другого, где я пригожусь. И в экспедиции с остальными ходить буду, если возьмут! Все лучше, чем целыми днями сидеть в башне и корпеть над книгами… Мне школы по горло хватило!

По дороге домой мне хотелось приплясывать, но я сдерживалась. Взглянув на Кирка, заметила, что тот тоже улыбается. Красивый – я подобные лица только на картинках в книгах видела и тогда не верила, что такой тип внешности – не выдумка художника. Хотела было улыбнуться в ответ, но он опередил меня, испортив настроение:

– Если ты так уверена, что бесплодна, то почему не захотела создать семью со своим Закари?

Я возмущенно фыркнула:

– Потому что это неприлично!

– А-а, ясно, – сделал он вид, что и правда теперь все понял. – Просто мне кажется, что он бы не отказался.

Я отмахнулась:

– Да Закари вообще всегда был немного неправильным! Как и его родители.

– А-а, ясно, – повторил и почему-то рассмеялся.

Меня немного обидело то, что я не до конца понимала причину его веселья, но не стала переспрашивать. А Кирк зачем-то взял мою руку – наверное, в темноте так просто удобнее идти.

Утром я встала с рассветом. Подмела пол, стараясь не шуметь, и выпустила Шо на улицу. В доме было выделено четыре квадрата: небольшая комната в самом начале, ночью почти целиком занимаемая псиной, потом общая – просторная, в которой располагались и полки с вещами, и кровать, и стулья, а из нее в две разные стороны – небольшие закутки для кухни и ванной. В Городе уже были построены и водопровод, и канализация, так что бытовые проблемы решались довольно просто – почти так же, как у нас. Наверное, неудивительно, что мы обустраивались похожим образом, независимо друг от друга, ведь каждое из наших сообществ стремилось максимально детально воссоздать старый мир.

Мне хотелось сделать уже что-то значимое самой, а то я так скоро заполучу комплекс неполноценности. Но без совета не обойтись, поэтому я села на край кровати, решив дождаться, когда хозяин дома проснется.

Правда, он тут же открыл глаза и выглядел так, будто и не спал только что. Наверное, я все-таки разбудила его раньше – надо быть внимательней.

– Куда собралась? – Он оценил мой наряд. В доме я переодевалась в другое – простые тканные штаны и рубаху, в которых было удобно спать. А сейчас снова напялила на себя уличное – других вещей у меня и не было.

– Я хочу пойти к торговцу – нам нужны мясо и корнеплоды, чтобы приготовить обед. Я ведь смогу взять это у него, если скажу, что несу в твой дом?

Он просто кивнул.

– А потом пойду в башню к Налу – хочу, чтобы меня взяли в читатели.

Он сел, откинув одеяло. Кирк был одет в примерно такую же одежду, что недавно сняла я, только другого размера. К одеялу я приспосабливаться буду еще довольно долго – впервые я увидела такое в Городе Травы. Мне сначала казалось нелепым укрываться каким-то мягким полотном, когда воздух даже не был достаточно холодным, но просыпалась я почему-то всегда под ним. К этому чувству закутанности со временем начинаешь привыкать. Наверное, зимой тут без одеяла и обмерзнуть можно, так что лучше начать адаптироваться прямо сейчас.

– Подожди, Хани, я соберусь и пойду с тобой.

– Нет, – твердо ответила и даже приподняла руку, чтобы остановить возражения. – Я справлюсь.

– Не сомневаюсь. – Он тут же снова откинулся на спину и натянул одеяло на плечо, поворачиваясь на бок.

Сам Кирк и те, кто часто ходил в экспедиции, не имели постоянного места работы. Когда они находились в Городе, то просто занимались тем, где нужна была помощь – и все равно ни одного дня без дела не оставались. Если кто-то строил дом, то они участвовали в строительстве. Если заболевал кто-то из стражников, то они брали оружие и шли на стену. Заходили на псарню или к разводчикам червеедов – всегда и везде находилось какое-то задание. Самым странным было то, что при отсутствии талонного или иного вознаграждения никто из взрослых в Городе не бездельничал – наверное, дело в их воспитании или какой-то внутренней ответственности. Сам Кирк предпочитал стену или псарню – у него вообще прекрасно выходило обращаться с животными.

На улице почти никого не было – в Городе люди чаще всего принимались за работу ближе к обеду, зато заканчивали иногда поздним вечером. Мне пришлось ждать на улице, пока торговец откроет свою лавку. Он выдал мне все, что я попросила, но взамен потребовал выпить с ним чаю – местный отвар, который все они употребляли по поводу и без. Пришлось и на вопросы его отвечать, игнорируя все пошлые намеки.

Когда я с чувством выполненного долга шла домой, меня неожиданно со всех сторон окружили женщины – не меньше десятка и разного возраста, младшая из которых была совсем уж маленькой девчонки лет тринадцати. Я положила мешок на землю, ощущая их настроение.

– Вряд ли тут тебе место, крысоедка, – начала одна из них – милая внешне рыженькая девушка. – Лучше бы ты ушла.

– Если бы мне было куда уйти… – начала я, но меня и не собирались слушать.