Это верно. Взрослые поздно возвращаются с работы, почти сразу ложатся спать, а рано утром уезжают.
– Почему?
– Оба работают в Хьюстоне, пробки там просто адские. Поэтому в будни они ужинают в городе, пережидая час пик. Зато летом берут лишний выходной в пятницу – получается три выходных подряд.
– А почему бы им не ночевать с понедельника по четверг в Хьюстоне? Там ведь у них основной дом?
– Мама слишком за меня волнуется. Раньше она была очень строгая, сейчас немного расслабилась, потому что мне почти двадцать, но все равно ей обязательно надо знать, что я ночую дома. К тому же она обожает океан. По-моему, ей здесь лучше спится.
– А в остальное время года тут кто-нибудь живет?
– Нет. Мы бываем на Боливаре наездами, по праздникам и выходным. – Сара перестает гладить Пеппер-Джек-Чиза и поднимает глаза на меня. – А где ты будешь жить, когда начнешь учиться? Вернешься к матери?
От этого вопроса у меня внутри все сжимается. Они ведь до сих пор думают, что я поступила в техникум в Кентукки. И про мать я ничего им не рассказала.
– Нет, хочу…
Закончить не успеваю: подбегает Маркус и подхватывает Сару на руки. Она взвизгивает, обнимает его за шею, и он уносит ее к воде. Потревоженный шумом, Пеппер-Джек-Чиз встает и принимается лаять.
– Все хорошо, – говорю я, кладя руку ему на голову. – Ложись.
Он вновь укладывается на песок. Я кошусь на дом Самсона, гадая, чем он сейчас занят. Может, пригласил к себе очередную девчонку? Это объяснило бы, почему он не со всеми на пляже.
Без Сары и Маркуса мне становится не по себе. Я не знаю этих людей, а они уже порядком напились. По-моему, я одна тут не пью.
Лучше пойду прогуляюсь, пока кто-нибудь не предложил сыграть в бутылочку или что похуже. Пеппер-Джек-Чиз сразу встает и идет за мной.
Этот пес начинает мне нравиться. Он очень преданный, только вот кличка длинновата. Пожалуй, буду звать его Пи Джей.
В нескольких ярдах от костра на песке стоит полуразрушенный замок. Пи Джей подбегает к нему и начинает обнюхивать. Я сажусь рядом и от нечего делать заново возвожу одну из стен.
Жизнь – странная штука. Вчера ты смотрела на труп своей матери, а сегодня сидишь на пляже и гладишь собаку, названную в честь сыра.
– Через час его смоет приливом.
Поднимаю глаза: рядом стоит Самсон. Странно – почему мне так хорошо и спокойно, когда он рядом?
– Тогда помоги построить защитную стенку.
Самсон обходит замок и садится по другую сторону. Смотрит на пса.
– Ты ему нравишься.
– Я его покормила. Если бы котлету дал ему ты, он и за тобой ходил бы.
Самсон начинает сгребать песок со своей стороны замка. Забавное зрелище: красавчик с обнаженным торсом играет в песке.
Время от времени я кошусь на него. Надо же, какой сосредоточенный!
Наконец тишина мне надоедает.
– Его зовут Пеппер-Джек-Чиз, – говорю.
Самсон улыбается.
– Ты познакомилась с Марджори?
– Как ты догадался?
– У нее две кошки: Чеддер-Чиз и Моцарелла.
Смеюсь.
– Она такая забавная!
– Это точно.
Вода все ближе. Одна волна подползает прямо к тому месту, где мы работаем. Самсон прекращает ровнять свою стенку.
– Ты уже плавала?
– Нет. Побаиваюсь.
– Почему?
– Там акулы. Медузы. И прочие неведомые твари.
Самсон смеется.
– Мы с тобой сегодня сидели на крыше трехэтажного дома. Поверь, в океане гораздо безопасней, чем там. – Он встает и стряхивает с шортов песок. – Идем.
Не дожидаясь меня, он идет к воде. Я оглядываюсь в поисках Маркуса и Сары, но они далеко.
Океан огромен, однако меня в очередной раз посещает чувство – сама не знаю почему, – что мы с Самсоном остались наедине в тесной комнате. Я стягиваю шорты и бросаю их на песок рядом с Пеппер-Джек-Чизом.
– Посторожи, – говорю ему.
И иду в воду. Она теплее, чем я думала. Самсон опережает меня на несколько шагов. Оказывается, идти надо долго – даже до колен вода доходит еще не скоро. Наконец Самсон ныряет в волну и исчезает из виду.
Когда я захожу в море по грудь, он вдруг выскакивает из воды прямо передо мной – в каких-то двух футах. Откидывает волосы со лба.
– Вот видишь? Ничего страшного!
Самсон опускается в воду по шею. Мы случайно соприкасаемся ногами, но он будто этого не замечает и даже не пытается отплыть. Я все же немного отхожу, чтобы это не повторилось. Мы едва знакомы, и я не хочу подавать ему никаких идей. В конце концов, у него только что другая девушка на коленях сидела. Становиться его очередным курортным трофеем в мои планы не входит.
– Марджори и тебя угостила пеканами? – спрашивает он и смеется, когда я киваю. – У меня этих пеканов уже завались! Я их теперь соседям под двери раскладываю.
– Она весь день только этим занимается? Чистит пеканы?
– Примерно.
– Где она их берет-то? Возле ее дома даже деревьев нет.
– Загадка, – отвечает Самсон. – Мы не очень хорошо знакомы, я ее знаю всего несколько месяцев. Как-то иду мимо ее дома, а она меня останавливает и спрашивает, не собираюсь ли я в магазин. «Собираюсь, – говорю, – что вам нужно?» Оказалось, ей были нужны батарейки. Я спросил, какие именно, а Марджори такая: «Удиви меня!»
