Он не может дышать. В легких есть воздух, но он не может дышать. Как будто он снова тонет, отчаянно хватаясь за все, но ничего не выходит. Воды нет, но та же тяжесть давит на него, знакомая тьма сгущается по краям зрения. Его пальцы тянутся к чему-то – к чему угодно, что смогло бы заземлить его. Он тонет. Он тонет на суше и это ужасно, потому что на этот раз нет Ангела, который вытащил бы его из ада. Это пугает.
Слышен мягкий скрип. Дверь распахивается.
Вздох. Тихие шаги.
Тонкие пальцы обхватывают его спину и тянут.
Техноблэйд утыкается в чужое плечо, взгляд частично закрывают нежно-розовые волосы. Руки осторожно обнимают его, прижимая. Он вдыхает сладкий запах свежеиспеченного хлеба и медленно начинает успокаиваться.
- …но? Техно, ты меня слышишь?
Ники.
Он пытается заговорить, но все, что выходит – тихий, задыхающийся звук. Это унизительно, но Ники не издевается и не ругает его за слабость, вместо этого просто крепче обнимая. Пальцы рулевой медленно гладят его по волосам. Он пытается сдержать всхлип, но безуспешно, зарываясь носом в блузку девушки. Ники кладет подбородок ему на плечо, и Техно внезапно чувствует себя в безопасности.
- О, Техноблэйд. – Говорит она печально, но, к счастью капитана, без жалости в голосе. – Прости, что мы не заметили этого раньше.
- Заметили…? – Дыхание Техно прерывистое, на полпути между икотой и всхлипом. Его голос искаженный и никаких признаков самообладания. – Заметили что?
- Тебе больно.
- Мне не…? – Он прерывается. Его протест внезапно теряет силу, потому что, может быть, так оно и есть. Может быть, эта боль в груди не просто физическая. Глаза Техноблэйда горят, дышать по-прежнему тяжело. Старые флотские мантры нарастают в голове, крича – постоянное напоминание о необходимости быть сильным, подавлять, скрывать каждое крошечное проявление слабости, чтобы другие не могли воспользоваться этим. Они громкие и болезненные, но Ники тихо, нежно говорит ровные, успокаивающие слова, за которые Техноблэйд цепляется, как за спасательный трос. Вскоре, он может разобрать ее тихое бормотание.
- …дет хорошо, ты будешь в порядке. Просто дыши со мной, хорошо, Техно? Ты отлично справляешься.
Он подчиняется, с большим усилием делая дрожащие вдохи. Ники терпеливо успокаивает его, и через несколько минут дымка перед глазами, наконец, рассеивается.
Произошедшее сделало Техноблэйда шатким и слабым, но девушка остается рядом.
- Почему… почему ты здесь? – Он умудряется сдерживать рваные всхлипы.
- Не думаю, что тебе сейчас надо оставаться в одиночестве. То, что ты сказал… мне просто кажется, что прямо сейчас тебе кто-нибудь нужен. – А потом она улыбается. – Я здесь, Техно. Если хочешь поговорить.
Он сглатывает, опустив голову, разрываясь между чувством вины и благодарности.
- Я не… - Выдыхает он, когда боль в груди притупляется, позволяя дышать самостоятельно. – Я не это имел в виду. Этого не… этого не должно было случиться. – Он не понимает, о чем говорит – о своем приступе или споре, но Ники лишь грустно улыбается, обнимая его.
- Я знаю, Техно.
- Мне очень жаль. – Просто говорит он, ненавидя, как в горле образовывается ком. Он зря тратит ее время, удерживая ее от обязанностей, и он так много сказал – так много всего, что причинило ей боль. И, тем не менее, она беспокоится о нем и заботится. Это спутывает мысли, смешивает эмоции в нечто непонятное. Никогда раньше он не выпускал все это – никогда полностью не снимал маску холодного безразличия, а теперь он просто не может остановить это.
- Я прощаю тебя. – Говорит Ники со слабой улыбкой. – Но только за то, что ты сказал, а не за твое состояние сейчас. Тебе не нужно извиняться за это.
- Но я…
- Тебе больно, Техно. И что-то мне подсказывает, что тебе уже какое-то время больно. – Ее рука в его волосах замирает, позволяя отстраниться. Глаза Ники мягкие, теплые и полные сострадания. Именно тогда Техноблэйд понимает, насколько она должна действительно заботится о нем, чтобы сидеть рядом даже после того, что он сделал, после того, как он причинил ей боль. Именно тогда он понимает, что, несмотря на его ошибки, она здесь. Несмотря на его недостатки, его не бросают. Несмотря ни на что, она до сих пор считает его другом.
Что-то в Техноблэйде разбивается.
- …Ага. – Наконец соглашается он хриплым голосом. – Да, может, ты и права.
Некоторое время они сидят молча. Присутствие Ники успокаивает, и в какой-то момент Техно становится способен управлять своими эмоциями настолько, чтобы думать. Это одновременно благословление и проклятие. Рев в ушах, наконец, стихает, но память о том, что только что произошло, остается. Слова, которые он произнес Филу, вертятся в голове – как и те, которые Фил сказал ему. И, боги, они причиняют нестерпимую боль.
- Я не имел это в виду. – Снова бормочет он, и каждое произнесенное слово требует огромных усилий. Он чувствует себя измученным. - …Не все.
- Я уверена, он тоже не это хотел сказать. – Заверяет его Ники, хотя ее улыбка дрожит. Она бросает быстрый взгляд на дверь, милосердно запертую. Выражение ее лица невозможно прочесть.
