У Гетена не было сил спорить, он потянул ее силу, смог остановиться, чтобы жадно не забрать больше. Этого хватило бы, чтобы он двигался, ехал и держался живым, пока Галина собирала вещи, забиралась в седло Ремига и притягивала его за себя. Она отправила лошадь и волков вперед, они покинули Северные пустоши, попали в Телеянск без фанфар, даже без отметки, что они попали на земли императора Локшина.
Тогда всадники в желтом перехватили их, и Гетен понял, что они добрались до следующей цели. Галина назвала себя и мужа, попросила встречи с Локшином. Он смотрел на солдат, и видел не людей, а души, которые мог использовать. Он покачал головой, ругая себя. Быть слабым и уязвимым теперь было звать катастрофу.
Солдаты сопроводили их с мечами в руках в широкую долину и к самой большой цитадели из всех, которые видел Гетен.
Он послал мысленную мольбу Скирону.
«Если тебе нужен слуга, дай мне сил противостоять искушению в городе душ».
Гетен не был уверен, но ему послышался смех Бога смерти в далеких криках нищих, стонах шлюх и ворчании зависимых в трущобах Ясан Хот.
СЕМНАДЦАТЬ
Запах встретил их, когда они добрались до ворот Ясан Хот, мрачный сладкий запах, как цветы и перец, оставленные сохнуть на солнце. Он доносился с прохладным сухим ветром и щекотал нос Галины.
— Что это? — спросила она у солдат.
— Что?
— Запах.
Они рассмеялись.
— Город Костей известен богатством и запахом.
— Алтан цецег, — сказал Гетен, и мужчины перестали хохотать. — Золотой цветок.
— Золотая пряность? — спросила она. — Я не знала, что она пахнет так сильно.
— То небольшое количество, попадающее в Урсинум, так и не пахнет, — ответил он.
Один из солдат сказал:
— Первый летний урожай только собрали.
— Мне нужно немного приобрести, пока я тут. Она полезна в лечебной медовухе и мазях, — Гетен бросил на нее взгляд и добавил. — Особенно, когда жену нужно часто исцелять.
Она сморщила нос.
— Я пробовала ее лишь раз, но мне понравилось, — она посерьезнела. — Пирожные с золотым цветком подавали в Татлисе на церемонии восхождения, — ее старший брат официально стал кронпринцем в тот день, но он не смог надеть корону. Он и их брат Галион умерли в бою в Войне ветров. Илькер взошел на трон после убийства короля Вернарда. Она посмотрела дальше и заметила лиловое пятно на следующем холме.
Гетен проследил за ее взглядом.
— Цветочные поля? — он указал, и солдаты кивнули.
— Но пряность золотая, — сказала Галина.
— Цветы лиловые. Пряность — их желтые тычинки, высушенные и истолченные.
Они поднялись на холм, Галина остановила Ремига и смотрела.
Ясан Хот — Город Костей — тянулся перед ними, здания и цветы, сколько было видно. Как лоскутное одеяло, квадратные поля лиловых цветов были окружены стенами хижин. Работники ходили, носили урожай, убирали использованные цветы и вскапывали новые поля. Дети играли на дорожках, отделяющих здания от полей, старики готовили на кострах, пряли и чинили снаряжение. Во все стороны тянулся город, каждый квартал окружал большое цветочное поле.
В центре города поднималось огромное здание — самая яркая цитадель из всех, которые видела Галина. На уровнях крыш блестела золотая черепица. Золотые символы украшали лиловые стены и высокие белые врата. Оно возвышалось над полями и долинами, размер крепости был не меньше, чем Харатон.
Между замком и полями устроились здания, из печей поднимался дым, торговцы ходили по паутине улиц. Пока поля и замок были прямыми линиями, эта узкая полоска Ясан Хот была хаосом, шумом и вонью.
Южный край города заканчивался длинным низким утесом. Причал тянулся в широком заливе, полном кораблей всех размеров. Паруса раздувал ветер. Моряки кричали над волнами. И на причале грузили и спускали с кораблей всевозможные товары, чинили неводы, катили бочки, звери возмущались, солдаты, моряки и рыбаки кричали.
Галина и Гетен следовали за солдатами по полям и переулкам, любуясь видом.
— Все эти люди работают с золотыми цветами? — спросила она, пока они проезжали улицу за улицей, где желтые и оранжевые нити шелка висели на веревках над переулками. Их раскачивал ветер, и такие огненные улицы вели по Ясан Хот к сердцу и разуму Телеянска — цитадели.
— Нет, это Шелковый квартал, — ответил один из солдат. — В Ясан Хот много видов работы. Королевская кузня занимает восточный квартал, и там почти вся металлургия Телеянска. На севере — знаменитые фарфоровые фабрики империи.
— Что на западе? — спросил Гетен.
— Там живут наши торговцы, — он указал на район с высокими домами, богатство было очевидным в их широких садах, голубой черепице и кристально чистых окнах.
Тут было людно, но жители Ясан Хот ходили по делам без жалоб, громко приветствовали друг друга, смеялись над историями, спорили над ценами и товарами. Женщины ходили и говорили с корзинами сушеных цветов или свертками шелка на головах. Дети бегали в толпе, смеясь, толкаясь и спотыкаясь, не зная пока о жизни ничего, кроме приключений.