Улыбнулась ли она в ответ? Может быть, мимолетно, прежде чем взяла веревку и, обернув вокруг бедра, закинула на нее ногу. И полезла вверх. Джорон не хотел выглядеть трусом, хотя чувствовал, как быстро бьется сердце у него в груди при мысли о расположенной над ними башне, полной рейдеров, он схватил веревку и полез за Нарзой. За ним последовали Фарис, Карринг, Старая Брайрет и Намд.
Они медленно приближались к кругу света на потолке. Он казался очень далеким, но слишком быстро становился все больше. Когда Нарза оказалась на самом верху, она высвободила ногу и последнюю часть подъема преодолела на руках, зажав в зубах один из костяных ножей. Джорон последовал ее примеру, вытащил собственный нож, взял его в зубы и возблагодарил за это Старуху – они уже начали стучать от страха. Он посмотрел вниз – падение будет очень долгим. Фарис под ним также сжимала нож в зубах. Ее глаза сияли, и тусклый свет придавал изуродованному лицу жуткое выражение.
Нарза исчезла за краем круга, и Джорон остановился. Однако сверху не доносилось никаких звуков, из чего, однако, вовсе не следовало, что там никого нет. Нарза уже показала, что она способна убивать бесшумно. А затем и он выбрался из дыры, не так быстро, как Нарза, конечно, обвив на всякий случай одну ногу веревкой, чтобы не упасть. Дальше он подтягивался на руках.
Он оказался в подвале, как и говорил Куглин, совершенно пустом. Вдоль стен стояли ящики с едой, и Джорон уловил слабый запах слегка подгнившей сушеной рыбы, до которой добралась сырость. Почти сразу вслед за ним появились Фарис, Намд, Старая Брайрет и Карринг. Двери в погребе не было, только лесенка, которая вела к люку.
– Нарза, – сказал он и указал на люк.
Теперь страх стал иным, перестал быть парализующим, более того, он наполнил Джорона энергией.
Ужас предстоящих испытаний поглотила неотвратимость – чего не было, пока он находился в пещере. Обратной дороги не существовало. До этого момента он еще мог придумать какие-то отговорки. Но не теперь. Выбор сделан. Им предстояло сражаться и умереть, или сражаться и выжить.
– Вы готовы, мои девочки и мальчики? – спросил он.
Все кивнули, и его поразило, что они, казалось, не испытывают страха – хотя кто знает? Может быть, они удивлялись, что в его недрогнувшем голосе тоже его не прозвучало, а на губах появилась улыбка, смысла которой он и сам не понимал – она была лишь маской.
– В таком случае мы забудем о милосердии. В башне у нас нет друзей. И одна задача – открыть двери и не дать им закрыться. – Нарза уже стояла возле люка. – Там Канвей, – тихо добавил Джорон, но он не сомневался, что его услышали все. – Канвей – предатель, он сбежал в Корфинхьюме, оставив нас умирать. Давайте покажем ему, что ждет тех, кто предал «Дитя приливов»!
– Да, – последовал общий ответ, и Джорон оказался вторым за Нарзой на лестнице.
Он готов. Напуган. С его губ срывается прерывистое дыхание.
– Открывай, – сказал он. – Время пришло.
И Нарза открыла.
Ноги Нарзы исчезли над головой Джорона, и он сразу последовал за ней. Если в подвале башни воздух оставался таким же влажным, как в пещерах, то наверху оказался жарким и душным, заключенным внутри башни, глиняные кирпичи которой запекались под неусыпным присмотром Глаза Скирит, превращая каждое помещение в духовку. Они попали в небольшую комнату, размером двадцать на двадцать шагов. Слева была лестница, справа двери. Джорон едва успел сосчитать находившихся в ней людей – не слишком много, может быть, десять? – как завязался бой.
Нарза атаковала, оскалив зубы, оба ее костяных ножа неустанно поднимались и опускались, она убивала врагов в полнейшем молчании. Группа потрясенных рейдеров стояла у стола не в силах понять, откуда появился этот внезапный ужас. Джорон сорвал курнов с крючка на поясе, неуклюже повторив движение, которому Миас пыталась его научить –
А потом он вступил в бой. Ему не пришлось проявлять особое мастерство – с курновом это невозможно. Джорон наносил удары направо и налево, пока остальные рейдеры обнажали свое оружие.
Краем глаза он заметил, как Фарис подняла дубинку.
– Фарис! – закричал Джорон. – Не обращай на них внимания! Открой дверь башни!
Она бросилась к двери, когда мужчина атаковал Джорона. Он держал молот, но прежде, чем сумел его опустить, Старая Брайрет вонзила короткую змеепику ему в живот, и яростный крик превратился в вопль агонии. За ним возник второй рейдер, попытавшийся достать Старую Брайрет ржавым курновом, но Карринг отбил его в сторону рукой, позволив копью Старой Брайрет вонзиться в другой живот, и новое тело рухнуло на пол, где забилось в судорогах боли.
– Дверь открыта! – крикнула Фарис.
