Миас заставила их подождать, пока Коксвард медленно отходил на флюк-лодке в сторону, оставив мишень тихонько дрейфовать на воде. Она не сомневалась, что все женщины и мужчины на палубе думали, будто ее отнесет в сторону, и развлечение закончится, но прекрасно понимала, что это не так. Миас знала море и умела управлять командой: ей было известно, как заставить их захотеть услышать голоса луков, и в тот момент, когда они, казалось, уже не могли больше терпеть, отдала команду.
– Встаньте возле своих луков, – сказала она. – Обмакните руки в краску и отдайте честь Старухе.
Они так и сделали, Барли окунула пальцы в маленький горшочек, стоявший у основания лука, и брызнула на него, после чего ухватилась за правую поворотную ручку; Динил последовал ее примеру и сжал левую ручку; Фарис встала между ними, положив испачканные красным пальцы на веревку спускового механизма, и прищурилась, глядя вдоль дуголука вперед.
Джорон протиснулся мимо Фарис, окунул пальцы в краску, почтил Старуху и занял позицию позади всех, наклонившись вперед и положив руки на бедра. Он видел, что так поступают остальные лукоселлы, но сразу обнаружил, что теперь смотрит на лук под таким же углом, как и Фарис, взгляд которой был направлен вдоль оси лука. Однако он видел не только движение самого лука, но море впереди, в то время как обзор Фарис ограничивали прицельная планка и конец болта.
– Вращать! – закричала Миас, и Барли с Динилом принялись вращать лебедку, тетива стала натягиваться, нагрузка на мощные плечи лука увеличилась, кость задрожала, предчувствуя силу, и Джорон услышал, как щелкнули стопорные крючки.
– Заряжай! – выкрикнула Миас. Барли наклонилась вниз, схватила один из болтов с палубы и засунула его в длинный желоб в центральной части лука.
По всей палубе происходило то же самое, и Джорон почувствовал, как напряглись его спина и руки, пока он ждал следующей команды.
– Целься! – Джорон переместился вперед, глядя вдоль оси лука.
Боковым зрением он уже видел мишень и жестом показал, что нужно повернуть лук влево, ничего не сказал, лишь поднял руку. Барли потянула за рукоять, Динил принялся толкать свою, пока уродливая пирамида из обломков шпангоута и крыльев не появилась перед оружием.
– Вы готовы, моя команда, сохраняйте хладнокровие, – закричала Миас. – И делайте выстрел только после того, как увидите мишень. Спускай!
Сбоку Джорон услышал стон лука, и понял, что кто-то из стрелков поторопился сделать выстрел. Болт полетел от «Дитя приливов», промчался над волнами, упал в воду, трижды отскочил, после чего окончательно скрылся из вида заметно левее мишени. По палубе пронесся вздох разочарования.
– Спокойно, Фарис, спокойно, – тихо сказал Джорон.
Девушка кивнула, но на самом деле не обращала внимания на слова Джорона, полностью сконцентрировавшись на мишени. Джорону показалось, что цель уходит в сторону, но он промолчал. Вера, он сказал себе, он должен верить своим людям. Затем Фарис дернула руку назад, заставив сработать пусковой крючок, и дуголук содрогнулся, выпуская накопленную энергию, костяные плечи рванулись вперед, болт вылетел из лука и поплыл по воздуху. Джорон обнаружил, что затаил дыхание, глядя ему вслед, мысленно направляя к мишени. Через мгновение сработал третий лук, и почти сразу его расчет завопил от восторга, когда пущенный Фарис болт пробил крылья мишени.
– Хороший выстрел, Фарис, – крикнула Миас.
Третий болт совсем немного не долетел до цели, и Миас также похвалила третий расчет. Затем они поменялись местами, и позиции у дуголуков заняли другие стрелки. Так прошел весь день, каждый расчет сумел сделать не менее двух выстрелов, и Миас уже решила, какие из них будут главными. Она собралась подать сигнал о последней серии, когда сверху раздался крик:
– Ловушка киля слева по борту!
Миас тут же оказалась у поручней, глядя над волнами мимо мишени, превратившейся в разбитую массу кусков рангоута.
– Что такое ловушка киля, хранпал? – спросила – Фарис.
– Вот это, – ответил Джорон, показывая в сторону поднимавшейся над водой массы, похожей на лозу вариска, которая развевалась в воздухе так, словно пыталась сорвать Глаз Скирит с неба. – Они цепляются к килю корабля, а потом начинают стегать по нему, пока не ломается хребет. Очень странно видеть их здесь; обычно они встречаются далеко на юге, в глубоких водах.
– Они охотятся на корабли, – сказал Динил.
– Нет, – возразил Джорон. – Корабли их не интересуют. Они охотятся на других существ, прячась в воде и дожидаясь подходящей жертвы. Если их вовремя заметить, они не опасны, но, если корабль подойдет к ним слишком близко, он практически обречен.
– Я не знал, что ты знаток животных, – с веселой улыбкой заявил Динил.
– Я был рыбаком, – ответил Джорон. – И отец мне рассказывал много полезных вещей. Невозможно долго прожить на маленькой лодке, если ты не знаешь, что может тебя убить.
Динил пожал плечами, глядя на море и существо, которое выглядело, как огромный дикий и злобный ковер.
– А в море есть существа, которые не хотят нас убить, Джорон?
Джорон улыбнулся смопу.
