Джорон осторожно спустился на палубу. Путь вниз оказался более трудным, ему приходилось на ощупь искать опоры для ног и постоянно помнить о том, что он может упасть. Его ноги неохотно находили новые места на рангоуте, а когда наконец коснулись сланца, Миас оказалась рядом, и ему пришлось спрятать руки за спину, чтобы скрыть дрожь.
– Мы ждем друзей, хранитель палубы, – сказала она, – но всегда полезно подготовиться к худшему. Предупреди команду.
– Боевая тревога! – крикнул Джорон, и с нижней палубы наверх начали подниматься люди.
Меванс принес барабан и принялся в него бить, а стоявший рядом с ним печальный Серьезный Муффаз, мать палубы, снова и снова повторял команду Джорона:
– Боевая тревога! Готовим корабль к бою!
Все пришло в движение.
Снизу донесся стук – подмастерья костей опускали щиты. Женщины и мужчины сновали назад и вперед по такелажу, устанавливали крылья, приносили с нижней палубы болты для больших дуголуков. На поручни корабля набрасывали сети, чтобы собирать обломки костей после попадания вражеских снарядов и помешать членам команды выпасть за борт, если маневры корабля для кого-то окажутся неожиданными. На сланец насыпали песок, чтобы никто не поскользнулся. Кроме того, ведра с песком поставили вдоль палубы на случай пожара, чтобы потушить костеогонь, как только загорится костеклей, – единственный способ с ним справиться.
Джорон оказался на приподнятой площадке возле клюва корабля. Под ним вспенивали воду разинувшие пасти клювозмеи, и вид уродливых злобных существ подбодрил Джорона.
– Теперь семь, супруга корабля, – крикнул он. – Мы движемся быстрее.
– Тяните сильнее, дети мои!
Джорон обернулся и увидел, что Динил наблюдает за группой детей палубы, которые накрывали мокрым от морской воды щитом из плотно сплетенного вариска главный люк, ведущий в трюм. На позвонках остались лишь главные крылья. По палубе бежала Фарис, державшая в руках две клетки с верещащими кивелли, и хотя казалось, будто разразился хаос, женщины и мужчины метались по кораблю, Удачливая Миас наблюдала, как сыплется песок в часах, с легкой улыбкой на губах.
На самом деле она великолепно управляла этим кажущимся хаосом, тщательно отработанным за проведенную в море неделю. Она подошла к поручням, поднесла к глазам подзорную трубу и посмотрела вперед.
– К лукам, моя команда, – крикнула она. – Люки нижней палубы оставить закрытыми, луки пока можно не тревожить. Я не думаю, что нам придется стрелять, но следует быть готовыми ко всему. Куглин! – позвала она, и человек Каханни, чье лицо все еще было зеленым от проклятий Старухи, пошатываясь, шагнул к ней. – На всякий случай, вооружи своих людей.
Куглин бросил на нее злобный взгляд, но проклятие Старухи ослабило его волю, он отвернулся и приказал своим людям взяться за оружие.
После чего Миас отдала команду сложить паруса, и Джорон вдруг подумал, что их черный корабль теперь почти не отличается от корабля флота. О, конечно, команды выполнялись не так быстро и аккуратно, во всяком случае, пока. И все же он испытал прилив гордости, что является частью изменений на сланце палубы, от полной неряшливости к порядку, и чуть глубже надвинул свою однохвостую шляпу.
Корабль медленно останавливался, и море вокруг стало похожим на стекло, словно оно устало, выполнив задачу и доставив «Дитя приливов» на место встречи. Два двухреберных корабля замерли на расстоянии в пятьдесят корпусов от них, и спокойная вода едва слышно плескалась об их черные борта. Миас наблюдала за тем, как «Дитя приливов» остановился, и вниз пополз стоп-камень. После этого корабль надежно застыл на месте.
Она оглядела своих людей и кивнула.
– Меванс, собери команду для флюк-лодки, мы поплывем к тому кораблю, что больше, – сказала Миас.
– Слушаюсь, супруга корабля.
– Джорон, ты будешь меня сопровождать. Динил, ты останешься командовать «Дитя приливов». Ты должен позаботиться лишь о том, чтобы корабль оставался на месте. – Затем она шагнула к нему и прошептала что-то на ухо, указав на людей Каханни, и Джорон догадался, что она сказала Динилу, чтобы он их использовал, если потребуется, ведь она еще не до конца знала свою команду.
От ее внимания не ускользнуло – как и от внимания Джорона, – что обиженная и злая Квелл подружилась с Хасрин, которая когда-то была хранителем палубы, и Спракином, все еще недовольным тем, что Миас лишила его должности казначея корабля, передав ее Мевансу. Джорону часто казалось, что за ним постоянно наблюдает кто-то из этой тройки, словно они чего-то ждали, хотя он не понимал, чего именно.
Динил кивнул, и Джорону показалось странным, что человек, который выглядел таким уверенным в доках и имел гораздо больше опыта, чем Джорон, выглядит столь смущенным на корме, несмотря на хорошую одежду и опыт.
Когда флюк-лодка была готова, Миас спрыгнула с борта корабля, словно не было никаких препятствий: ни крюков, ни позвонков, ни шипов. Джорон последовал за ней, медленно и аккуратно, тщательно выбирая места для ног и рук.
