— Да, я тебе рассказывала. Но не все, — и подняла вверх палец, призывая к вниманию. — В старину китайские маги обладали многими способностями. Мой дедушка был акробатом, актером, певцом, фокусником, он умел перевоплощаться, создавать иллюзии, выполнять разные трюки. Ничего не осталось от тех времен: письма и другие бумаги уничтожены во время войны и чисток. Есть лишь воспоминания… — Миссис Ки постучала пальцем по крышке стола. — Он прыгал сквозь горящий обруч, создавал из воздуха бумажные хризантемы. И еще он умел вызывать дракона, тот появлялся из облака дыма, как бы являясь на его призыв. Именно этот дракон и был потом выкован из бронзы как символ и защитник нашего дома. В те времена странствующий маг мог неплохо заработать, выступая на праздниках, свадьбах и тому подобное, но дороги тогда были опасны из-за разбойников. Иногда дедушка путешествовал один, иногда — вместе с семьей. Я хорошо помню истории про появление дракона — он обращал в бегство любого грабителя. Дракон был очень силен и мог вытащить застрявший в грязи фургон; его дыхание разжигало костер на привале. Он приходил на помощь деду всегда, хотя его самого не было видно.
— Что ты имеешь в виду? — удивленно взглянула на бабушку Тинг.
— Никто никогда не видел моего деда и дракона одновременно, — медленно ответила миссис Ки.
— Но… что это значит?
Бабушка улыбнулась, наклонилась еще ближе и зашептала:
— Мы не были уверены. Но я всегда полагала, что мой дедушка и был тем самым драконом. Он никогда ничего не боялся, даже во время Боксерского восстания и последовавших за ним страшных войн. Конечно, когда я его узнала, он был уже стар, годы согнули его, а длинные, свисающие усы были белыми, как снег, а не черными, как на старых афишах, которые он мне показывал. На шее у него висела большая, красивая жемчужина. Он говорил, что когда-нибудь она станет моей.
Тинг никогда не видела у бабушки этой жемчужины.
— Ты оставила ее дома?
Бабушка покачала головой:
— Она исчезла, когда он заболел перед смертью.
— Кто-то взял ее? — охнула Тинг.
— Кто-то из нашей семьи? Никогда! — Миссис Ки погрозила Тинг пальцем, укоряя ее за такое кощунственное предположение. — Нет. Скорее, он где-то ее спрятал. Никто не знает, где именно. Он был очень умный и хитрый, мой дедушка.
— Как жаль, что я с ним не была знакома, — вздохнула Тинг.
— Он бы гордился тобой. Не так часто в нашей семье появляются люди с магическими способностями, и вот наконец они проявились в тебе. Ты, конечно, не будешь такой, как он, у тебя собственные способности. Не сомневайся в этом. И не спеши. Нетерпение может помешать тебе.
Она крепко сжала руку Тинг, и та вздохнула.
— Я знаю, бабушка. — Девочка встала и откинула волосы назад. — Пойду, разбужу Бейли. Впереди много дел. Оставь посуду, я потом помою. — Поцеловав бабушку, Тинг вышла.
Миссис Ки смотрела ей вслед. Да, ее дедушка, несомненно, гордился бы ею.
Старая китаянка налила себе еще пиалу чая и, грея об нее руки, погрузилась в воспоминания.
Джоннард проснулся, когда заря еще только занималась, и очень тихо поднялся. Он знал, что Изабелла встанет поздно. Она теперь спала все дольше и дольше; годы, напряженная работа и осень — все вместе взятое брали свое. Она была очень старой. Сам он, Джоннард, проспал много столетий после битвы между Бреннардом и Серым Грегори, а его мать все это время жила, и теперь даже ее Магия и Левкаторы не могли противостоять неумолимому потоку лет. В любом случае, сейчас пусть спит.
В Нарии он узнал много важного, он расскажет ей о том, что Фреммлер успешно выполнил ее поручение. Торговля сделает их еще богаче и влиятельнее, а это первый шаг к тому, чтобы установить контроль над местными городами и селениями. Все это ее порадует. Но сейчас он посвятит время себе самому.
Джоннард достал тетради отца и положил их перед собой на стол. Он уже многое узнал из них за последние дни. Подумать только, этот человек воспитывал его и никогда ни словом не обмолвился о них! Джоннард притронулся к странице, она чуть хрустнула, но не из-за своей дряхлости, а из-за исходящей от тетради энергии. Он стал читать.
