Не заботясь о приличиях, я помчался по коридору. Уже через несколько минут я нёсся на своём жеребце по улицам Зилтофа. Во дворе, у самых ворот, меня встретили:
— Госпожа Валда у себя на втором этаже, — сказал слуга, едва я спрыгнул с коня.
Я забежал в дом, поднялся наверх и, добежав до нужной комнаты, открыл дверь. Шагнув за порог, наткнулся на взгляд трёх женщин. Одну из них я узнал сразу — это была Арма, повитуха. Мама стояла у окна и, увидев меня, оживилась:
— Эйдан…
— Вам сюда нельзя, господин Эйдан, — остановила меня Арма.
— Я знахарь и…
— Мы знаем о ваших способностях, господин Эйдан, но сын не должен видеть роды матери, — настояла она. — Если что-то пойдёт не так, мы вас позовём.
Я постоял с секунду, борясь с сомнениями, но всё же сказал:
— Хорошо… Вы вымыли…
— Мы помним все ваши советы, господин Эйдан, — уверенно кивнула Арма. — Не беспокойтесь.
Бросив на маму беглый взгляд, я кивнул и вышел. В памяти ещё остались слова папы о том, что она тяжело перенесла первые роды. Страшно было оставлять её одну. Может, попросить Азару постоять рядом? Стоило мне только вспомнить о ней, как она окликнула меня:
— Эйдан!
Азара, придерживая живот, второпях шла в мою сторону. Несмотря на пятый месяц беременности, она сохраняла изящество и грацию. Её округлившийся живот казался особенно заметным на фоне стройной фигуры.
— Не бегай так, — ласково пожурил я её.
— Я отправила за тобой, как только узнала, — произнесла она. — Арма сказала, что сейчас схватки…
— Будем ждать, — выдохнул я и приказал слуге: — Принесите сюда стулья.
— Да, господин, — кивнул тот и удалился.
— Собираешься сидеть у дверей? — спросила Азара.
— Не хочу отходить от матери.
— Просидишь до самого утра.
— Вторые роды обычно проходят быстрее, — сказал я. — Да и всё равно… Хоть вечность тут просижу, если надо.
Азара опустила глаза вниз, погладила свой округлившийся живот и тихо произнесла:
— Как думаю, что и мне придётся рожать… В дрожь бросает.
— Всё будет в порядке, — улыбнувшись, подбодрил я.
Она прижалась ко мне, позволив обнять, и сказала:
— И всё равно страшно.
Ждать пришлось и правда долго. Помощница повитухи предупредила меня, когда отошли воды, и вернулась обратно в комнату. Утомившись, Азара ушла, а я всё сидел на месте, готовый в любой миг войти в поток Нэйтаара и исцелить маму.
Нэйтаар… Научившись говорить на вотрийском, я перестал называть эту великую силу Мраком. Да и не было больше никаких «мракотворцев» — их здесь величали нэйтааримами.
За последние месяцы благодаря Нэйтаару я исцелил десятки тысяч людей. Каждый день я принимал больных в течение пары часов, каждый день я посещал мастерскую, следил за производством и обсуждал планы с Белором. Герт был прав — я правда хотел развеяться, хотел взять перерыв хотя бы на жалкую недельку. Усталость, как ни крути, брала своё.
На улице наступила ночь, и тишину вдруг разрезал детский плач. Поднявшись на ноги, я встал у двери и, выждав с полминуты, вошёл внутрь. В свете масляных ламп я разглядел изнеможденное лицо мамы и маленькое нечто, лежащее у неё на груди.
— Господин Эйдан, — привлекла моё внимание Арма. — Всё прошло хорошо.
— Кто… — начал я.
— Это мальчик. Здоров.
Я нерешительно подошёл к маме и поймал её слабую улыбку. Коснувшись её руки, я направил целительную энергию во все части тела — просто на всякий случай. Мама облегчённо выдохнула и одними губами прошептала:
— Спасибо.
Новорождённый братик выглядел трогательно беззащитным. Его кожа была сморщенной и покрасневшей, а крохотные ручки непроизвольно подрагивали. Я вышел из потока Нэйтаара и, пока он жадно сосал грудь, направил в него едва уловимый импульс магии. Никакого отклика — обычный ребёнок, без магического ядра.
«Наверное, так даже лучше», — подумал я и тихо спросил:
— Ты уже выбрала имя?
— Лэвалт, — ответила мама. — В честь твоего отца.
— Добро пожаловать в мир, маленький Лэвалт Кастволк.
— Почему именно ты?
— Потому что это моя работа, — ответил я, затягивая узел на мешке с вещами.
Подняв взгляд, я увидел, как Азара скрестила руки на груди. Её поза выражала явное несогласие с моим решением отправиться к границе.
— Белор сказал, что вместо тебя может поехать кто-нибудь другой, — произнесла она с нажимом.
Я удивлённо вскинул бровь:
— И когда ты успела с ним это обсудить?
— Сегодня утром. Он заходил, пока ты спал.
«Мог бы и подыграть, — мысленно усмехнулся я, посмотревшись в зеркало. — Хотя, наверное, он даже не понял, почему она спрашивает».
— Эйдан, не молчи, — настойчиво потребовала Азара.
Я подошёл к ней и нежно обхватил её лицо ладонями:
— Всего лишь несколько дней. Туда и обратно.
— Не нравится мне это. — Она недовольно вздохнула, но позволила себя поцеловать.
— Ты даже не заметишь моего отсутствия.
— Я бы тоже хотела выбраться из Зилтофа…
— Даже не думай, — строго сказал я. — Ты не в том положении.
Азара закатила глаза:
— Я слышала это уже тысячу раз ото всех вокруг.
— Такова взрослая жизнь, — улыбнулся я.
— Эти каменные стены меня угнетают, — пожаловалась она. — Мне не нравится в столице… Куда ни выйди — везде шум, грязь и нескончаемые здания.
