Никитин оделся, прошел через двор по дорожке. Он успел открыть калитку… До машины осталось несколько метров. Толя, увидев его, поспешил и уже открывал дверцу. Вити на дороге не было. Он обожал залезть в машину и посидеть на переднем сиденье, разглядывая панель управления и воображая себя водителем-асом.
Тут-то и раздался звук взрыва, белый свет вспыхнул, красное пламя ослепило Никитина.
Через час он не мог вспомнить, когда, как и кому сумел позвонить. Но телефон по-прежнему держал в руках. Со всех сторон к страшному месту бежали его люди, вскоре появились машины «Скорой», пожарные, ДПС, МЧС. Водителя Анатолия увезла реанимация с тяжелыми ожогами. Мальчик…
– Мне очень жаль, – услышал безнадежную констатацию Вадим, но не увидел лица того, кто произнес эти слова.
Он уже не видел никаких лиц и не мог сопротивляться самым страшным словам, защитить себя от чудовищной, невероятной правды.
Лена уже несколько часов сидела за компьютером. Она увидела в сети появившиеся сразу везде объявления о пропаже отца и напряженно перечитывала один и тот же сухой и не слишком внятный текст. Всматривалась в плохой, нечеткий, местами смазанный снимок папиного лица и холодела от сознания, что публичная огласка их непонятного горя сделала его таким очевидным и неотвратимым. Чем бы оно ни завершилось. Это случилось. Живой, востребованный, даже известный человек исчез посреди города, в котором столько глаз и ушей, как улетучивается дым от пожара. Вся их семья – неплохие и неглупые люди – оказалась без помощи, информации и даже надежды на то, что кому-то еще такая потеря станет интересной. Лена думала о том, как сама реагирует на подобные объявления. Сочувствует незнакомым людям, у которых неведомая сила отняла кого-то близкого? Обыкновенному человеку трудно сопереживать тем, кого он даже не знает. Богатая эмпатия – это такой же редкий талант, как и любой другой. Но, разумеется, Лена реагировала, когда такая весть попадала на глаза. Она думала: «Не дай бог такое пережить! Как люди справляются?» Наверное, это эгоизм чистой воды – думать лишь о себе. А что, есть выбор? Но вот теперь, когда это объявление – призыв о помощи – читают тысячи или сотни тысяч людей, как хочется, чтобы они все были добрыми и сочувствующими. Чтобы кто-то напрягся и что-то вспомнил, понял, предположил. А кто-то просто разделил бы их печаль.
Накануне Лене позвонил полковник, который возглавляет следствие по делу об исчезновении отца и пожаре, уничтожившем все в его квартире и убившем Костю. Лена даже не знает, почему и как Костя там оказался. Полковник Земцов просил ее приехать и ответить на несколько вопросов, которые необходимо задать свидетелям. «Сейчас важна любая деталь», – сказал он. Но Лена впадает в ступор от одного этого слова. Одна деталь гвоздем сидит в ее ноющем мозгу, и она не в состоянии решиться и рассказать кому-то о своей, в общем-то, невинной лжи насчет болезни и денег на ее лечение. Как понять: это на что-то повлияло или нет? Если вдруг кто-то просто предположит, что повлияло, получится, что ложь была вовсе не невинной, а преступной и роковой…
И отношения с Костей. Что и как о них говорить? Что он женат? Что он был в курсе лжи Лены? Что она сама собралась замуж за другого человека, с которым ведет почти семейную жизнь? Какой мент такое поймет?.. Земцову Лена ответила:
– Конечно, я прекрасно понимаю насчет каждой детали. Мне просто трудно, почти невозможно сейчас собраться. Такие события… я ничего не понимаю. И так плохо себя чувствую, что не в состоянии подняться и выйти из дома.
– Понятно, – ответил Земцов. – Не тороплю вас. Давайте не терять друг друга из виду. Если у вас не получится приехать в ближайшие дни, мы сможем поговорить с вами дома.
Лена облегченно вздохнула, вспомнив обещание «не тороплю вас». Значит, можно еще потянуть. Она пролистала всю ленту событий и задержалась на одной новости: «В Подмосковье взорвалась машина известного бизнесмена и продюсера Никитина. В машине погиб его малолетний внук. Водитель в тяжелом состоянии в больнице. Сам Никитин не успел сеть в автомобиль. Он физически не пострадал».
«Господи, что за ужасы творятся! – подумала Лена. – Какая знакомая фамилия… Да, конечно, мама говорила, что продюсер отца – Никитин и что он нанял частного детектива, который ищет папу».
Она набрала номер Виктории:
– Мама, ты читала? Взорвалась машина Никитина, в ней погиб его внук.
– Да, дочка. Сижу, плачу.
– Но я к тому, мама, что таких совпадений не бывает. Что это сделали наверняка те же люди, которые причастны к пожару и исчезновению папы. Раз Никитин это пытается расследовать, значит, никакого несчастного случая не было и не могло быть.
– Да, именно так и получается, – выговорила Виктория. – Какая-то чудовищная война против нас, людей и детей… Извини, не могу сейчас. Перезвоню.
