«Спецы» схватили из этого пожелания хозяина ключевое слово – «перспективы» – и от этого начали плясать. Так и возник фонд «Перспектива». Прошло не так много времени, но это точно был бурный период, наполненный не только финансовыми успехами, которые превзошли все ожидания, но и массой человеческих и античеловеческих эмоций.
…Для Вадима Никитина счастливое завершение мучительных поисков пропавшего друга и режиссера стало тем событием, ради которого стоит продолжать жить и бороться. Он в считаные дни собрал рекордное число самых продвинутых инсайдеров и вместе с ними прошел весь путь от исчезновения Серова до причины всех бед. До CASUS BELLI, расколовшего нерушимый тандем Иванова и Осипова. Огромное количество документов фонда «Перспектива», добытых мастерами своего дела, обеспечило работой следователей и экспертов. Открылось поистине «Королевство кривых зеркал», где самые извращенные преступления выглядели как великие благодеяния и нескончаемая цепь пожертвований на дело прекрасного будущего. Число инвесторов фонда было поистине огромным. А небольшие, мало кому заметные изменения в их персональных данных делали этих щедрых и скромных людей полностью анонимными. Только посвященным была известна система этих изменений. Эти посвященные не так уж дорого попросили у Никитина за свою бесценную информацию. Всем было ясно, что наступил этап, когда тайны поверженных столпов еще можно продать, пока они не превратились в архивный мусор уголовных дел, которые уже заведены и не могут не завершиться полным раскрытием, даже если будут недоступными для суда и спрятаны от общества.
Очень многое открылось следователям и экспертам. А когда на их мониторы попали фрагменты той самой работы Серова, за которой так долго, такими топорными способами и с такими тяжкими последствиями охотились представители двух враждующих сторон, стало понятно главное. Первым и самым добросовестным, неутомимым и проницательным экспертом в изучении причин войны Икса и Игрека был Алексей Серов. За что и вынесли приговор и ему самому, и, главное, его делу. Именно далекий от грязной суеты реальности режиссер, по своей сути социальный отшельник, вышел на замаскированных «святых и милосердных» жертвователей, которые в большинстве своем имели известные фамилии и сидели на высоких и теплых стульях чиновников и депутатов. А «сокровище» фонда – огромная коллекция чудовищных видеовстреч благодетелей с осчастливленными – для самого наивного зрителя стала бы иллюстрацией к статьям УК. Но это, скорее всего, и было тем самым возбуждающим фактором, который казался участникам проекта вожделенным символом бешеной свободы.
– Есть несомненный симптом непоправимого расстройства извращенных мозгов, – философски заметил Никитин. – Им мало просто гадить на все, что чисто и дорого нормальным людям. Им для полноты идиотского восторга надо все свои уродства запечатлеть на видео. Это для ущербных личностей доказательство того, что они – «элита», купившая места над законами и людскими нормами.
Раскол между создателями «Перспективы» случился на пике расцвета проекта. Вместо одного маленького модельного агентства Веригиной уже существовала обширная сеть модельных агентств, оздоровительных пансионатов, курортов для отдыха и даже невидимых клиник пластической хирургии для исправления физических недостатков пациентов. Для инвесторов ввели особые права: они могли не только выбирать объекты своих пожертвований из существующего каталога, но и заказывать объект по собственным идеалистическим параметрам. С какой целью выбирать и заказывать – такое и объяснять никому не нужно. Было бы понятно и без «красочных» видео.
Конфликт начался, когда Иванов потребовал единолично возглавлять проект. По таким причинам: идея принадлежит ему, она слишком сложная, хрупкая и требует особой политики безопасности в отношении личной жизни достаточно известных и очень богатых людей. Но это становится почти невозможным при коллективном руководстве и разных принципов подхода. Иванов перестал доверять Осипову и считал ненадежным сотрудничество с Веригиной, у которой имелась над Осиповым очевидная власть. Пока именно Веригина являлась исполнительным директором всего проекта. Иванов сначала предложил своим соратникам солидные суммы за выход из руководства. Но и Осипову, и Веригиной было известно, что бывает с теми носителями информации о деле, когда их из этого дела убирают.
