Проблема заключалась в том, что, возможно, большинство ответов скрываются в Козьих Болотах — запретном для игр и гуляний месте. Смерть поджидает каждого, кто не знает тайных и безопасных троп. Трясина Болота только и ждешь, когда к ней заглянет неопытный путешественник.
Заблудиться в этих краях еще проще, чем утонуть. Так говорил Мейсон. Сайлас слышал истории о том, как охотники терялись на Болотах. И ряды банды Мейсона редели. Их не убивал Зверь, их не затягивала трясина. Они просто исчезали. Терялись. И дело с концом.
Никого из пропавших найти не удалось.
Соваться на Козьи Болота — идти навстречу верной смерти. Сайлас это знал, а потому заставлял себя всячески отказываться от безумной затеи. И Барри прав, не стоит гоняться за призрачным Зверем и Короной из сказок старой Карги. Этим должны заняться взрослые. Но быть может они, Пираты, смогут помочь Алистеру Крофу, и профессионал сделает свое дело.
— Опять меня съели! — пожаловалась Эгли. — Почему мне всегда не везет?
— Давай-давай, на две строчки вниз, — посмеялся Барри.
— Это на пятнадцать клеток назад! Проклятье!
— Теперь я кидаю! Итак… Восемь! Раз, два, три, четыре… Черт! Акула!
— Ха-ха! На двадцать клеток назад! Теперь я впереди тебя! Ха!
— Рано радуешься! Я еще возьму реванш!
За окном уже опускались сумерки. Остров готовится к началу фестиваля. Скоро зазвучат песни цикад.
— У Одри осталось семь клеток до ста! — заметил Сайлас.
— И я наверняка проиграю, — Одри уже взяла кубики в руки.
— Поплюй в них. Повезет.
Одри уже наклонилась, чтобы «поплевать» в кулачки, но засмеялась и кинула в ответ:
— Сайлас!
Она потрясла кулачки и бросила кубики на доску.
Сайлас успел увидеть только кубик со значением «пять», а Одри уже крикнула:
— Семь! Я выиграла!
— Вот черт! — возмутился Барри. — Тебе не могло так повезти! Ровно семь! Если было бы шесть, то тебя бы съела акула! Как же так?
— Просто я — везучая девочка.
Пираты допили лимонад, собирая принадлежности игры в коробку.
— Сколько мы уже не играли? — спросил Барри.
— С зимних каникул, кажется, — припомнила Эгли.
— Надо же! — охнула Одри. — Целых полгода прошло. Пора бы наверстывать упущенное.
— Все готовы идти на фестиваль? — спросил Сайлас.
Дружный ответ:
— Да!
Оставалось одно — деньги.
Барри уже смотрел на Сайласа, припоминая ему об их уговоре.
— Чего это вы так переглядываетесь? — заметила их Эгли. — Что-то замыслили там на кухне, а нам не сказали? Колитесь!
— Отдувайся, Барри.
Сайлас похлопал друга по плечу, а сам вышел из комнаты.
Оставшись наедине со своей совестью (или у него нет совести, если он идет на это) Сайлас отправился в комнату Линды.
Заправленная постель. Порядок в комнате. Все на своих местах. И запах духов Линды. Ее запах. Линда успевала все. В том числе поддерживать чистоту и порядок в доме. А ее комната, куда ни Сайлас, ни Филисси почти не заходили, просто эталон убранной комнаты. В ее комнату можно было заходить лишь Киллиану. Наверное, именно для него она поддерживала такой порядок.
Сайлас и Филисси знали правило: если Киллиан и Линда в комнате наедине, то к ним заходить нельзя. Во всяком случае без приглашения после троекратного стука в дверь.
Сайлас прошел к стеллажу с одеждой Линды. Третья или вторая снизу? Сайлас осторожно проверил. Черт — во второй нижнее белье. Значит, третья. Здесь, футболки, майки, шорты. И коробка с украшениями. Но там были не только украшения.
Сайлас осторожно вынул коробку из выдвижного ящика и поставил ее на столик. Простой замок. Щелк — шкатулка открыта.
Сверху лежали браслеты, кольца и сережки. Но у шкатулки было двойное дно, и Сайлас об этом знал. На самом деле Линда сама познакомила его со всеми прелестями этой шкатулки. Он знал, что лежит под ложным дном. И знал, зачем это нужно.
Но сегодня фестиваль. Почему он не может порадовать Одри и Эгли? Всего лишь… сахарная вата, мороженое. Возможно, скромный талисман-безделушка. Как сказал Барри, девочкам такое нравится. Им нравятся подарки и внимание.
Он же не сделает ничего плохо, если…
Сайлас осторожно приподнял ложное дно и увидел сверток купюр, обмотанный в резинку. Сколько там стоит вата? А мороженое? Ах! Всего-то надо… немного. Вряд ли она заметит пропажу.
Раз, два, три… три бумажки хватит? Или купить талисман? Четыре. Пять. Все, хватит!
Вынув деньги, Сайлас спрятал пять купюр в карман шорт. Он осторожно опустил дно, аккуратно разложил скатившиеся украшения, а затем вернул шкатулку на место в ящик и прикрыл стопкой маек. Все осталось так, как было до его проникновения.
Почти.
Думал ли Сайлас, что его сердце перестанет так часто биться, когда он наконец выйдет из комнаты с украденными деньгами? Да. Перестало ли оно биться чаще? Нет.
Он — вор.
Вот так вошел и взял деньги, заработанные Линдой усердным трудом. Эти деньги предназначались для уплаты дома. Линда старательно копила и откладывала каждый месяц определенную сумму.
Но он взял всего ничего! Потом расскажет обо всем Линде. Она поймет. Это все равно что он попросил деньги у нее самой!
Сайлас не мог оставить Одри без подарка в день фестиваля.
— Сайлас! Ты где там? — раздались крики друзей.
— Я иду!
