Долго думать не пришлось. Офицеры быстро смекнули, что четверо парней, сложенных в лучших традициях войн, никак не могли просто так нарисоваться на тонком деревянном помосте рядышком с пиратским кораблем, что даже атаковали первыми. Вот только неловкий выпад шпагой одного из военных быстро был отбит стоящим впереди Джорджем. Пираты верно рассчитали, что количественное преимущество вмиг исчезает, если бой происходит на метровом разбросе ширины причала. Все–таки даже при лучшем раскладе парни на службе у ее величества Испании могут выстроиться в шеренгу из трех человек… Стрелять в надежде, что не попадешь в своего впередистоящего товарища, они тоже не будут — не логично, ведь огнестрельное оружие далеко не идеальное и не отличается меткостью — тут попасть в своего недолго.
Самым умным оказался один из самых дальних офицеров — он понял, что дело плохо и они стоят против не обычных новичков, а настоящих закаленных боями пиратов, и прыгнул в воду. Уилл попытался прицелиться в плывущего парня, но промахнулся и выругался, понимая, что вскоре к ним прибудет помощь.
— Вот же черт… — высказался Ник, когда до него тоже дошла эта простая истина.
Офицеры были разбиты. Не убиты, а именно ранены, и стонали, лежа кто в воде, осторожно плавая в неспокойной пучине и глотая дождевые капли, или на деревянном причале, зажимая обеими руками раны на теле.
— Отшвартовывай корабль, пора отчаливать! — приказал Уилл одному из своих друзей и для проформы толкнул стонущего офицера, что был неподалеку от него. Пираты заранее обезоружили всех военных, чтобы никто из них не вознамерился выстрелить в спину, когда того никто не ожидает.
— Ничего не выйдет, — еле слышно заметил Ник, но больше и слова не сказал, приступив к своей части миссии по спасению с острова.
Дождь лил с неимоверной силой, словно желая утопить весь мир в водной пучине. Океанская гладь вскоре тоже вспенилась и стала бурлить, вздымая стоящие в ряд корабли вдоль причала. Небо стало почти грозовым, клубясь черными облаками, будто уже давно наступил вечер.
Корсары работали во всю мощь своей силы и желания, к тому же к пятерым смельчакам вскоре присоединилась остальная часть команды, странно поглядывая друг на друга, и капитан Дрейк. Последний выглядел темнее тучи, но виду старался не подавать, что чем–то очень расстроен. Питер, на удивление, не бросался никому под ноги и не мешался, изредка о чем–то спрашивая парней, помогая иным залатать трещины в днище корвета и вообще занимаясь полезным творчеством.
— Мне не нравится эта идея, — не выдерживает внутреннего напряжения Лоуренс, высказывая свое мнение Питеру. Но так как юноша лишь устало пожимает плечами в ответ, ничего не говоря, возможная перепалка на борту корабля быстро сходит на нет.
Как и предрекал Питер еще в самом начале этого пути, при первом же набранном узле, за «Ласточкой» спешат военные корабли разных мастей. Но корвет быстрее, маневренней, более подготовленный к такого рода не тесной борьбы, что вскоре «Адская Удача» отходит от Коста–Рики и своих преследователей.
— Это затишье ненадолго, — замечает Питер, подходя к краю борта корабля и почти касаясь плечом своего капитана.
Дрейк отвечает юноше, не сводя своего взора с горизонта, где колышатся ветви размашистых зеленых деревьев:
— Я знаю…
«И это знание не успокаивает», — мысленно добавляет мужчина, хмуря свои темные брови.
Дождь не прекращается ни на секунду, продолжая разить меткими каплями по деревянному кораблю, выбивая какой–то свой собственный таинственный ритм жизни. Тихий океан пока что и правда тих, на удивление всем… Он лишь изредка вздымает метровую волну и мирно продолжает свой неспешный ход.
Шлюпка… Этот предмет спасения при первом же намеке на затопление никогда не был привычным способом побега с тонущего корабля для корсаров. Чаще всего даже и одной такой посудинки не было в наличии, но не зря пятеро добропорядочных пиратов долгое время работали рядом с «Ласточкой», не покладая рук — с рядом причаленных корветов и фрегатов они сняли парочку шлюпок, аккуратно перебросив их на главную палубу своего корабля.
В свете тонущего в тучах солнца на воду опустилось несколько наполненных под завязку шлюпок.
