– Хран хочет сделать тебе подарок на память об их клане, – и повернул жену к оборотню, обняв со спины. Гепард смутился, но потом открыл футляр и поднял взгляд на девушку, она смотрела ему в глаза, пытаясь прочесть подтекст, но увидев лишь дружеское расположение. взяла шкатулку, украшения были бесподобны. Самое главное. что кроме колье, сережек и сразу целых трех колец с просто гигантскими бриллиантами там было боряне на левую руку. Ирина взяла футляр в руки и задумчиво спросила мужа6
– Тагир. а тогда в ночном клубе в колечке Строгова точно был бриллиант? – и задрав голову посмотрела на него. Тот только хмыкнул:
– Хочешь посмотреть – можем сходить туда еще разок, – и он многозначительно улыбнулся.
– Нет, лучше пойдем есть шашлык, – ответила она, – а за украшения спасибо, – она улыбнулась Храну, а потом, шагнув к нему, поцеловала в щеку и, положив футляр на стол, вышла из кабинета, желая оставить мужчин одних.
– Спасибо, – сказал оборотень Верховному.
– Только это первый и последний раз, – твердо ответил тот. Хран согласно кивнул.
У костра уже вовсю жарили шашлыки, на столе стояли приготовленные домовихой помытые овощи.
– Эх, сейчас бы бабушкиных малосольных огурчиков, – вздохнула Ирина.
– А это что? – спросила Шамиля, расположившаяся на диванчике рядом с подругой.
– Ну они зелененькие, солененькие и хрустят, – мечтательно протянула девушка.
– Как саранча? – спросила Низа.
– Нет, они растут на грядке, это овощи.
– Да что гадать, – сказал Тимофей, – принесу чичас, Марьюшка посолила, говорит, Иришенька с детства любит.
Через несколько минут он появился с целым ведром малосольных огурчиков. Первым попробовал Тагир и, откусив, взял из ведра еще два, протянул Мирану и Ташу, занимавшимся шашлыками. Девчонки накинулись на угощение, огурчики понравились всем, правда больше всех Глаше. Марьяша, глядя на нее, сказала:
– Когда Ирочкина бабушка была на сносях, тоже ведрами их ела, – и девчонки дружески рассмеялись. Потом все ели шашлыки с малосольными огурчиками и сыром, потом снова сидели у костра и, глядя на огонь, каждый думал о своем. Откуда-то опять появились гитары, Таш заиграл, а Шамиля и Ариэль запели, они пели о том, как трудно идти по дороге жизни одному и как важно иметь друга, который вовремя подставит плечо или протянет руку. Девушки пели, а Ирина тихо переводила гепардам и всем остальным, даже не замечая, как перевод складывается в стихи. Потом кто-то из гепардов передал гитару Читающей и попросил спеть про качели, она отрицательно покачала головой, «это песня Анрэ и Тагира». Потом посмотрела на мужа и, хитро улыбнувшись запела, песня была шуточной, про кота, очень любившего карамельные яблоки. Долго и упорно кот пытался полюбить сосиски и котлетки, но любовь к яблокам оказалась сильнее и вернувшись домой он, объевшись яблок, так и заснул на блюде. Проснувшаяся утром хозяйка увидела своего любимца в яблоках с карамелью. А на ресницах – остатки корицы, спи, мой любимый, спи. Тагир, сидящий за ее спиной, обнял ее и поцеловал в макушку. Потом взял еще одну гитару и сказал «давай споем вот эту» и заиграл, она удивленно посмотрела и, сразу поймав ритм, стала подыгрывать, запели они вместе «Покроется небо пылинками звезд, и выгнутся ветки упруго». Все, казалось, перестали дышать. «Мы нежность, мы нежность, мы вечная нежность друг друга», – пели Ирина и Тагир, глядя друг другу в глаза. Песня стихла, а вокруг стояла тишина, и тогда Ирина запела «Миленький ты мой», к ней сразу подсели Глаша и эльфийки.
– Э, а я, – раздалось из темноты, и к подругам подсела запыхавшаяся Юлька, давай снова, и все запели снова. Мужчины внимательно слушали знаменитую песню, после которой требовалось подать девочкам вишневой наливочки. Когда песня закончилась, наступила настораживающая тишина, но девчонки не стали штурмовать дом и качаться на люстрах, они запели про какой-то Саратов, где много золотых огней, потом «Зачем вы девочки красивых любите», а потом про кудрявую рябину. Когда песня закончилась, Ирина поинтересовалась у подруг, откуда они знают эти песни, те ответили, что Марьюшка научила. Юлька, посидев немного уточнила, когда и как собираются возвращаться путешественники, собираются ли задержаться в Париже. Тагир сказал, что обещал жене прогулку по ночному городу, а так же вечер в винном погребке и, конечно же, бордо.
– Полетите, – спросила богиня.
– Нет, у нас есть Рихсан, – ответили ей супруги. Юлька, пообещав присоединиться вместе с мужем к ним в Париже, исчезла. Мужья по очереди уносили клюющих носом жен, Тагир и Ирина ушли последними. Они еще постояли обнявшись на балконе в своей спальне, глядя на звезды.
– Откуда ты знаешь эту песню? – спросила тихо Ирина мужа.
– Услышал как-то у брата на плеере и сразу запомнил, я ведь тогда искал ее – девушку сидящую на качелях. А когда увидел, повел себя как последний дурак.
– Нет, ты повел себя, как кот на сене, – засмеялась жена.
– Я благодарен богам всех восьми миров за то, что они дали мне тебя, – и он прижал жену к себе сильнее.
