– Когда уже домой, я очень соскучился, и маме с отери соскучились, – он прижал сестру к себе. Пока ел, выслушал планы и внес корректировку:
– Поездка к гепардам откладывается, у вас теперь есть здесь своя территория, закончим Амулет Слияния, сам отпущу вас на неделю сюда, – пообещал он. – На Париж отец дает только сутки, используйте на полную катушку, – он улыбнулся, – не спите, а получайте удовольствие. Хран с тремя идет сразу со мной, Мирана ждет отчет на Совете, – он потер переносицу, – а где Хоран? – спросил он и поперхнулся от взгляда вампира.
– А разве котик не с тобой, удивленно воскликнула Ирина, – Тагир сказал, что ты взял его с собой, – она посмотрела в глаза брата, – он что, ушел? Ушел и даже не попрощался, – она отвернулась, пытаясь скрыть обиду.
– Нет, – ее обнял вампир, – он ушел по делам семьи и обещал вернуться.
– У него нет семьи, – тихо сказала она, отстраняясь, у него нет никого, кроме нас.
– Нет, милая, выяснилось, что у него есть брат, думаю, он сам тебе расскажет, когда вернется, сегодня вергасы и Клан Теней принесли клятву верности на крови Роду Рохан, ее принял отец как глава рода, – Тагир обнял жену.
– Что, – раздался изумленный вздох. Верховный пожал плечами:
– Да, думаю, можно закончить Амулет.
– Тогда, давай вернемся, а Париж подождет, – просто ответила ему жена.
– Нет, кроме службы, есть еще вы, наши любимые, мы просто обязаны устраивать вам развлечения, чтобы вам не приходилось сбегать на стриптиз в ночной клуб, – сказал, пряча улыбку. – Поэтому сначала Париж. Пока девчонки радостно прыгали и визжали, Тагир отвел жену в сторону и шепнул на ушко: «В моем кабинете Дэн, он хочет поговорить с тобой». «Отвлеки всех», – сказал он тихо Лавру, тот еле заметно кивнул.
Дэнатос стоял у окна и смотрел вдаль невидящим взглядом. Когда открылась дверь, он вздрогнул и оглянулся. Первой вошла Ирина и, улыбнувшись, протянула ему руку. Он схватил ее и, опустившись на одно колено, прижал к губам.
Ирина недоуменно посмотрела на мужа.
–Думаю, вам стоит поговорить наедине, – сказал тот и, выйдя, прикрыл дверь. Читающая высвободила руку и села на диванчик, пригласила дракона.
– Я приехал просить прощение за отца, – чувствовалось, что слова давались ему с трудом. – Он оставил нас с матерью, когда я еще не родился, практически мне помог родиться дядя Аргон, он и заменил мне отца.
– Помог родиться? – удивилась девушка.
– При рождении дракона должен присутствовать мужчина рода, чтобы успеть погасить пламя младенца, в противном случае и мать, и новорожденный могут погибнуть. Мать долго ждала, что отец одумается, нагуляется, остепенится. Но один роман сменялся другим, состояние семьи таяло и дядя отправил его и очередную любовницу в этот мир. Матушка долго горевала, но друг дяди уговорил ее на брак, она недавно дала свое согласие. Хоран рассказал о нападении, вернее покушении…. – он замолчал, – своим поступком он навлек гнев всего рода на нас. Совет оборотней Межмирья требует переселение в этот мир всех членов семьи. Я прошу не за себя, за мать и еще не родившуюся сестру.
– Почему сестру, – спросила Ирина, – Рандаш говорит, у тебя будет брат.
– Но сыновья у драконов рождаются только в семье истинных пар, – изумился Дэн.
– Муж твоей матери очень любит ее и долгие годы хранил ей верность, боги признали их истинной парой, – сказала она и улыбнулась. – Думаю, Барситос убедит Совет пересмотреть решение, ты не должен отвечать за отца, а вот дальнейшую его судьбу пусть решит совет. Он ведь остался жив? Я просила браслет усыпить и его тоже.
Дэн опустился на колено и прижал руки Ирины к губам.
– Прости, – она освободила руки и провела по его волосам маленькой ладонью, – но я могу подарить тебе только любовь сестры, – и она поцеловала его в макушку, а потом встала и вышла.
Когда через минуту дракон спустился вниз, в гостиной сидели только Тагир и Анрэ.
– А где Ириша? – спросил Верховный.
– Она ушла раньше? – удивленно ответил Дэн.
– Что она сказала? – Анрэ смотрел на дракона.
– У меня будет брат, и она хочет просить Барситоса уговорить Совет пересмотреть решение о нашем наказании, взамен – отдает им право наказать отца. Это она спасла его, попросив браслет лишить его сознания.
– Он хотел сделать ее своей любовницей, – угрюмо произнес Тагир, – а если не получится – продать в бордель.
– Я буду просить для него высшую меру, лишение памяти и тюрьму тугоухих, – сказал вошедший барс.
– Я согласен, – кивнул Дэнатос, – я думал, он понял хоть что-то после нашего последнего разговора. А он решил доказать, что все женщины одинаковы.
Вошли с улицы Хран и трое гепардов, с рюкзаками через плечо. Один из них покосился на Вожака, а потом неловко достал из внутреннего кармана куртки футляр и положил его на стол.
