– Любимый, – вступила в разговор Шамиля, – помнишь вы собирались в какой-то погребок пить знаменитое французское бордо?
– Да, любимая, – недоуменно ответил Светлый эльф.
– Любимый, – голос Ариэль звучал слаще меда, – мы ведь тоже пойдем? – она прижалась к Ташу плотнее.
– Конечно, любимая, – сдавленно ответил тот.
– Любимая, мы идем со всеми, – не дожидаясь вопроса сказал Барситос. Ирина обняла мужа за шею и поцеловала в щеку:
– Ты хочешь пойти со мной? – улыбаясь, спросил Тагир, – или взять меня с собой, – он изогнул голову и посмотрел в такие родные глаза жены.
Она улыбнулась:
– Мы просто хотим с вами, – и поцеловала его в нос. – Вы перекусите, а мы одеваться, – сказала она и все четверо жен выпорхнули из кабинета.
– Я не понял, мне кажется, или нас развели, – спросил Элавриэль.
– Тебе не кажется, нас действительно обвели вокруг пальца и очень грамотно, – улыбаясь констатировал Асташакаэль.
– Грамотно, красиво и вкусно, – подтвердил Барситос.
– Еще добавь – без слез, истерик и шантажа, – жуя рулетик, прошамкал эльф с полным ртом. А Тагир молча ел запивая еду вином, вкусно все-таки готовит его жена.
После перекуса они еще немного посидели в кабинете, домовой унес посуду и, присев в стороне на диванчике, покуривал свою трубку.
– Тимофей, обратился к нему Таш, – а чем занимались девчонки после наливочки, – спросил он.
– Так известно чем, – ответил тот, – поплакались на свою жизнь, дескать замужем, а мужей толком не видят, на руках не носят, с собой никуда не берут. Цветы и то редко дарят, вот. А Марьюшка им говорит, вон дескать хозяйка моя себе дело всегда находит, не жалуется мужу на скуку. Вот коли бросят вас мужья, что делать будете, а Ариэль хитрая, говорит все свои наряды да драгоценности заберу, выкуплю дворец перед домом мужа и буду устраивать праздники каждый день, пусть видит, как мне весело, и жалеет, что бросил. А Глаша спрашивает, Марьюшка, а что бы Иринка сделала. Домовиха моя и достала детскую тетрадь хозяйки, там и рисунки и стихи ее и записи всякие. Однажды к ее бабушке подруга старинная приехала, вся в драгоценностях и слезах. Муж дескать с ней разводится, предложил выбрать, что она хочет получить в качестве доли от развода. Дескать, подруга дорогая, присоветуй, что выбрать, чтобы не продешевить. Все причитала «я его так люблю, так люблю». А маленькая хозяйка и скажи, «а вы выберите его, скажите, хочу вместо имущества тебя». Посмеялись они над ней тогда, а через неделю приехала эта самая подруга с мужем на машине и куклу красивую такую привезла в подарок. Говорит, спасибо, Кнопулечка, помог твой совет. Правда куклу на следующий день сестрица старшая в озере утопила, не успела малышка наиграться. А вот в тетрадке своей так и написала, в случае развода выбрать любимого мужа. Она потом-то уже взрослая была, книжку читала тетушке своей, про то, как враги, захватив город, разрешили женщинам забрать самое дорогое, что унесут. Так те мужей на спины взвалили и унесли. Послушали Марьюшку девоньки и решили, что права Иришенька, дескать самое дорогое ни драгоценности, ни власть, ни богатство, а те, кого любишь.
Все помолчали.
– Как думаешь, в Париже в это время дня можно купить цветы? – спросил дроу эльфа.
– Так достанем, – просто ответил домовой, – домовых-то там уж точно полным полно, – и усмехнулся.
Переход Рихсана в Париж девушки даже не почувствовали, пока принимали душ, делали легкий макияж, выбирали наряды и украшения. Вот он был там на Мысе Доброй надежды и вот он уже в центре Парижа на Монмартре. Ирина, ощутив легкое головокружение, выглянула в окно и замерла, почувствовав любимый запах яблок, не оборачиваясь, спросила:
– Тагир, мы где?
– В Париже, – он подошел и обнял жену, – холм Монмартр, самая высокая точка города. Восемнадцатый округ. Куда бы ты хотела сходить? Лувр, Версаль, Эйфелева башня?
– Нет, хочу в изысканное французское кафе, где подают потрясающий ароматный кофе, – и она мечтательно закрыла глаза.
– И тающие во рту круассаны, – улыбаясь добавил он.
– Нет, не люблю круассаны, лучше яблоки в карамели.
– Ты неисправима, – и муж зарылся носом в ее волосах, – ты моя маленькая самая любимая мечтательница. Так чего ты ждешь от Парижа?
– Хочу побродить с тобой за руку по городу, пить кофе на открытых верандах, прокатиться на маленьком пароходике, подышать воздухом Парижа, посидеть с друзьями в винном погребке и понюхать запах выдержанных вин.
– А ювелирные магазины, модные показы, парижский шопинг?
Она покачала головой:
– Хочу до вечера прогулку с тобой.
– Тогда возьми для начала, – сказал он и протянул ей маленькую коробочку. Она раскрыла и ахнула, из коробочки размером со спичечный коробок выпало потрясающее платье из тончайшего шифона. По бледно-сиреневому фону были рассыпаны букетики фиалок на три тона ярче, но только по подолу. Оттуда же муж извлек маленькие сережки-букетики и колечко.
– Переодевайся, – ласково сказал он, – я за обувью, – и ушел в свою гардеробную.
