Клиника Салинаса находилась в часе езды от Молена-Пойнт, в глубине побережья, где климат суше и теплее. Больничный комплекс состоял из полудюжины строений в испанском стиле, окруженных кольцевой дорогой. Здесь располагался центр повышения квалификации медицинского персонала. Это был главный бастион медицинской помощи жителям всего региона. В клинике имелось превосходное кардиологическое отделение и специальный корпус для тех, кто нуждается в длительном лечении и особом уходе.
Вильма, Клайд и Чарли приехали в половине шестого. Сразу после звонка Макса Харпера в четыре часа утра Вильма и Клайд отправились в клинику на машине Вильмы, сделав по дороге две остановки. Первая была возле дома Клайда — они заскочили туда, чтобы оставить Дульси, весьма тем самым ее огорчив. И когда Вильма, отъезжая, бросила последний взгляд на кошку, та сидела одна на крылечке, сердито надутая, с опущенной головой и прижатыми ушками, и вид у нее был самый разнесчастный.
Вильма отлично понимала, что как только машина отъедет подальше, Дульси бросится в дом к Джо и станет жаловаться на человеческую неблагодарность и пренебрежение к кошкам, ходя взад-вперед и нервно помахивая хвостом.
— Тебя не пустят в больницу, — сказала ей Вильма. — И я не хочу, чтобы ты оставалась дома наедине с Берниной.
— Я могу спрятаться в хозяйственной сумке. Они подумают, что это запасная одежда или домашняя выпечка. Ты что думаешь, я не волнуюсь за Мэйвити? Думаешь, меня не беспокоит, что этот человек запросто мог убить и ее?
— Или что она могла убить Джергена?
— Чушь. Ты сама прекрасно знаешь, что она этого не делала. А я бы чудненько поместилась вон в той холщовой сумке. Тебе только…
— Охрана клиники проверяет все сумки и пакеты. Они тебя не впустят, просто выкинут на улицу и все.
— Но…
— Останешься с Джо, — отрезала Вильма и бесцеремонно зашвырнула Дульси в машину, где та понуро съежилась на переднем сиденье.
Второй раз они остановились, чтобы забрать Чарли, которая ждала их у себя перед домом, прихлебывая из кружки кофе и кутаясь в утепленную джинсовую куртку. Она уселась между Клайдом и Вильмой, хмурая от беспокойства за Мэйвити.
— Она вспомнила свое имя? Знает ли она, что с ней произошло?
— Мы еще не говорили с врачом, — сказала Вильма. — Я знаю только то, что мне сообщил по телефону Харпер: она очень слаба и пока с трудом воспринимает окружающее.
— Она была в машине одна? Клайд приобнял ее.
— Насколько мы знаем, да. Ее «Фольксваген» врезался в фонарный столб позади ломбарда в старой части города, Вообще-то прогулки среди ночи в таких местах не в ее характере.
Сырой прохладный воздух врывался в окна летящей по шоссе машины и помогал взбодриться. По обеим сторонам дороги поднимались черные, поросшие густым лесом холмы, упиравшиеся в рассветное небо. Вскоре холмы сменились равниной, где зеленели длинными грядами посевы на полях, а предутренний воздух был наполнен запахом лука.
Когда они добрались до клиники, Мэйвити спала. Тонкая трубка змеилась от ее руки к бутылочке, из которой медленно сочился какой-то раствор. В углу палаты на жестком деревянном стуле дремал Макс Харпер, неловко выставив длинные ноги. Едва они вошли, капитан проснулся, словно только этого и ждал.
— Я тут уже около часа, — сказал он в ответ на вопросительный взгляд Вильмы. — Правда, без особого успеха, она еще толком не оклемалась.
Клайд отправился на пост медсестры, чтобы принести стулья; Чарли пошла искать кофейный автомат и вернулась с четырьмя большими стаканами дымящегося напитка, который на вкус отдавал ржавым железом.
— У нее сотрясение мозга, — сказал Харпер. — И множественные шишки от ушибов. Ей на некоторое время вводили шунт — откачать лишнюю жидкость и снизить внутричерепное давление. Дыхание затруднено — думали даже, что придется делать трахеотомию, но ей стало лучше. Она легко раздражается и страдает расстройством памяти, но этого следовало ожидать. Вспомнить вчерашний день после обеда ей пока не слишком удается. А когда отдельные картинки не складываются, она начинает сердиться. Ее будят каждые два часа. — Он отхлебнул кофе. Ему явно хотелось курить.
Вильма поправила одеяло.
— Кто-нибудь видел, как произошла авария? Харпер покачал головой.
— Мы никого не нашли. И мы еще не знаем, участвовала ли в этом другая машина, или она просто съехала с дороги и врезалась в столб.
Мэйвити проснулась в начале седьмого и лежала, хмуро глядя на окружающих; она явно не очень понимала, что происходит. На фоне белых простыней и бинтов ее маленькое морщинистое личико казалось совсем крошечным. Когда Вильма заговорила с ней, Мэйвити не ответила, лишь мрачно оглядела рыжую шевелюру Чарли, затем бросила сердитый взгляд на Харпера. Но вскоре ее сознание стало проясняться. Она заерзала и протянула руку к Вильме, а потом, пытаясь изменить позу, принялась пинать одеяло худенькой белой ногой.
Вильма посмотрела на Харпера, тот кивнул. Она присела на край постели и, держа Мэйвити за руку, помогла ей устроиться поудобнее.
