Плицейский быстро проводил нас к особняку Семеновича. Там нас встретила его охрана, и я обрадовался, что и я и Авель привыкли прятать уши под причёской. Вопреки моим ожиданиям охрана выглядела достаточно компетентной. Это явно были люди знающие, а на руках одного из охранников я даже увидел тюремные татуировки.
— Здравствуйте, вас нет в списке приглашенных. — сказал мне охранник и покосился на полицейского.
— Я похожа на ту, которой нет в списке приглашенных? — сказал я и постарался сделать максимально горделивое лицо. — Передайте "ему", что если он меня не впустит, то я просто уйду. — сказал я и повернулся к охраннику талией.
— А где ваше вечернее платье? — спросил он у Авеля.
— Вы знаете, я только что прямо из аэропорта! С корабля на бал, как говорится. — сказал он и стал строить глазки полицейскому.
— Ах, возможно вы оставили ваш багаж в машине? Позволите я вас провожу? — поплыл полицейский.
— Вы очень любезны. — улыбнулся Авель и игриво взял полицейского под руку.
Когда Авель нейтрализовал полицейского, охранник стал куда разговорчивее.
— Вас не должны здесь видеть. Тренер доставил всю вашу "команду" ещё утром. Уходите, пока вас не засекла камера.
— Знаете что, мой человек из модельного агентства сказал что "проблем не будет". А ещё он сказал, этот человек серьёзный, и у него компетентные люди. И что я вижу? Прямо на кануне меня тормозит КГБ. Передайте "ему", что если он не разрулит свои проблемы, то мне от него ничего не нужно. — сказал я.
Но вдруг мне улыбнулась удача. Россия крайне скупа на подобные подарки, но видимо я был ей нужен, и она всё же стала на мою сторону. К охраннику подошел второй и тихо прошептал:
— Двоих не хватает. Одну "волейболистку" задержало КГБ. Вторую таможня.
— Так вот же она! Точно как на фотографии. — воскликнул второй охранник.
— Ну-ну. А я уж думала что и вы такие же.
Охранники впустили меня на тусовку.
Задний двор усадьбы был не таким безвкусным как остальная роскошь. высокие колонны из натурального мраморного массива были окружены кипарисами и другими атрибутами античности, опрятные дорожки причудливо петляли между коринфскими колоннадами а беседки забытые весёлыми и разодетыми гостями окружали недурственные скульптуры. В центре всего сада был большой бассейн с аквамариновой подсветкой и пузырьками, а откуда-то издали доносился манящий аромат очень вкусного мяса, поджариваемого на углях. В общем обстановка была такой приятной, что я задумался о том, что не знал раньше, зачем вообще людям нужны деньги.
Присмотревшись немного внимательнее к лицам, я понял что гости были довольно солидного возраста и достатка, но мелкие детали совершенно не вязались с этим представлением. Дешёвая бижутерия, с изображением неоязыческих свастик и коловратов встречалась чуть ли не на каждом из них, а у тех что купались в бассейне можно было заметить даже языческие татуировки, далеко не тюремного типа.
— Коктейль? — спросил меня официант.
Но как только я протянул руку меня тут же остановили охранники и сопроводили в сам особняк, неплохо оформленный в стиле эклектического неоклассицизма. Внутри атмосфера была менее оживлённой. Если на улице некоторые люди были явно семейные, то здесь суровые дядьки рассадили себе на колени девушек, годившихся им в дочери. Я приступил к делу, расселся на диванчике и стал напряженно сканировать все доступные радиоволны.
Особняк был с полсотни метров по диагонали, имел несколько этажей, но под землю он спускался как минимум на десять метров. Судя по изменению частотных характеристик отраженных от земли волн, это был явно не винный погреб. Там был довольно суровый комплекс подземных комнат. Посидев ещё немного, я даже обнаружил несколько подземных ходов. Я взял у официанта небольшой бокал вина для виду, и отправился грустить у окошка. С одной стороны это должно было привлечь ко мне кого-то, кто мог бы сопроводить меня в полезное место, а с другой стороны, через стекло окна проходили волны отраженные от подземного коридора ведущего из погреба.
Радиоволны не распространяются под землёй, но плотность железобетонного подземного коридора сильно отличалась от плотности грунта. Я прикоснулся своим ногтем к винтажному чугунному радиатору и получил точки заземления. Это дало мне возможность лучше отсеивать помехи, но мои уши были прикованы к голове причёской, и я не мог точно настроиться чтобы уловить искажения отраженных волн от того загадочного места, которым заканчивался скрытый от человеческих глаз коридор. Я замаскировал свои движения под эротическую провокацию, и движением головы настроил уши. Я оказался прав. Мои эротические потуги и правда привлекли жертву.
— Вам холодно или жарко? — спросил меня кто-то.
— А? — обернулся я.