Но если дварфы всё же вынуждены воевать — они делают это методично, как ковка в кузне, Перекроют всю логистику противнику… Выждут, пока враг сам не ослабнет… А потом нанесут молниеносный удар флотом с орбитальным "прессом" — а проще говоря — уничтожение всей обороны… Захват и переплавка ресурсов… Никакой жалости… Никакой излишней жестокости. Всё чётко… Методично… И наверняка…Именно поэтому враги предпочитают не злить дварфов. Их месть не бурная — она приходит спустя годы, но её не остановить…
………..
— Подожди-ка! — Внезапно встряхнулся Серг, внимательно вчитываясь во все эти данные собранные исследовательским ИИ для своего нового хозяина из разрозненных банков данных разбитых кораблей с корабельного кладбища. — Эти корабли мне кое-что напоминают! А ну — ка! Покажи мне видео с того самого участка территории этой системы, где болтаются разбитые “Сторожевым псом” Древних корабли?
И спустя всего несколько секунд, среди изорванных в клочья обломков самых разных кораблей — от гладких эллипсоидов кианских крейсеров до обугленных останков органотехники хай-ша'ри, показался тёмный и даже в чём-то величественный силуэт. Он выделялся не только размерами, но и ощущением неподвижной, чуждой воли. Застывшей мощи. Надменной, почти священной тишины.
Судя по данным, которые смогли собрать его дроны-разведчики, это был "Молот Скрижали" — дварфский флагман-крепость. Вот это действительно был… Дредноут! Длина — двадцать одна целая три десякых километра в самой длинной части корпуса. Ширина — до восьми километров в центральном узле. Высота — три с половиной километра в базовой броне, до пяти километров — включая наружные орудийные бастионы. Корпус судна был словно отколотый обломок планеты, оплавленный и затем перекованный до геометрической симметрии. Тёмно-серая броня с легчайшим мерцанием многочисленных узоров. В некоторых местах из обшивки тянулись ребра охлаждения, покрытые сетью пульсирующих глифов: древние символы инженерных рун, исписанных на языках, уже не используемых самими дварфами.
Надо сказать, что, даже без учёта его размеров, внешность у этого гиганта была весьма солидная. Поверхность корпуса была усеяна утопленными в броню арко-турелями, похожими на гигантские штампованные сваи, каждая длиной с многоэтажное здание. Несколько монументальных сигма-антенн выходили за границы броневого панциря. Возможно, парень даже не стеснялся этого предполагать, такие антенны были способны улавливать даже слабейшие гиперпространственные шорохи. На носу виднелся обелиск командной цитадели, похожий на шпиль храма, покрытый гравировками и эмблемами Гильдий: Кузнецов, Судей, Навигаторов.
Странным для самого Серга было именно то, что ни одного пробитого участка, ни вывернутых плит, ни следов воздействия энергии на нём видно не было. Это судно выглядело неповреждённым. И практически… Живым. Просто спящим. Однако он застыл в абсолютной неподвижности почти в самом центре некрополя из разбитых кораблей. Ближе всех к невидимому, но присутствующему "Сторожевому псу" Древних — тому самому боевому спутнику, что уничтожил исследовательское судно скурфов, что первым предоставило им информацию. И именно это положение — неразорванный, целый, и при этом идеально подставленный под зону действия сторожевого пса — и насторожило Серга.
И сейчас, пока он наблюдал на голографическом проекторе эту махину, увеличивая изображение до мельчайших деталей. Линии обшивки, едва заметные, сливались в единый узор, в его голове метались самые разные мысли. Это был не корабль. Это был механический храм, летящий в космосе. Целый мир. Или гробница?
“ Внешне он явно не был повреждён. Но не движется. Не отвечает. Ни один маяк не работает, ни один радиосигнал не тревожит эфир. Всё это очень похоже на ловушку. Слишком хорошо сохранился. Слишком выгодно стоит. Чтобы кто-нибудь из пришедших сюда, не попытался его проверить…”
Он почувствовал давление, словно сам этот гигант давил на его восприятие, просто одним своим существованием. Как будто присутствие такого колосса не могло не искажать окружающее пространство — или сознание тех, кто на него смотрел.
“Может, его не тронул сторожевой пёс потому, что он уже… был мёртв? Когда прибыл в это место… Или, наоборот… Потому что пёс его… Узнал… Как своего. Или — он и есть его приманка? Чёрт! Снова вопросы…”
Внутри у Серга сработало интуитивное предупреждение нейросети — Сима, через кластеры навигационных ИИ, зафиксировала временные искажения в ближнем гиперспектре прямо возле "Молота". Словно тот пульсировал — не энергией, а временными грехами, не до конца остывшей памятью о битве.
