– Я мигрировал на юг с другими выжившими из моей стаи и, когда мы достигли совершеннолетия, начал путешествовать с несколькими парнями, которые не обзавелись партнерами. Каким-то образом мы оказались в штате Мэн. Один из нашей группы встретил партнера в стае Сайласа. Я устал от скитаний, поэтому обратился к альфе с просьбой присоединиться, и я пробыл с ними около сорока лет.
Я делаю резкий вздох и сажусь, чтобы откашляться.
– Что? Сколько тебе лет?
– В январе будет сто девять.
– Твою ж мать! – восклицаю я и пытаюсь осознать его возраст.
– Оборотни живут в четыре раза дольше людей. Мы стареем с той же скоростью, что и люди, пока не достигнем половой зрелости, а затем процесс замедляется. Ты не знала этого? – растерянно спрашивает Торрез.
Он садится и смотрит мне в глаза.
– Я этого
Торрез щурится, затем набрасывается на меня. Прижимает меня спиной к кровати, и я истерически смеюсь. Потом он начинает щекотать меня, и я визжу и извиваюсь, пытаясь вырваться.
– Об
– Я не виновата, что ты старый!
– Я не старый. По меркам оборотней мне где-то двадцать восемь.
– Да, но по моим меркам ты гребаный старик. О-о-о, подожди, когда об этом узнают остальные. Я прямо слышу их шутки.
– Старик или нет, я все еще могу надрать вам всем задницы, так что имей в виду, – бросает он вызов.
– Пф-ф-ф, я, кажется, припоминаю, как разрушила твою серию побед, которой ты так гордился.
– Требую реванша. Я был слишком занят, наблюдая за тобой, чтобы драться как следует, – оправдывается он.
– О, да брось, не заставляй меня еще раз сломать тебе челюсть. И я могу придумать гораздо более приятные вещи касательно твоей челюсти и рта. – Моя улыбка становится похотливой, приподнимаю брови, глядя на него.
Веселье в глазах Торреза сменяется жаром, он наклоняется ко мне.
– Правда, Ведьма?
Провожу языком по его губам, опускаю руку, обхватываю твердеющий член.
– Ммм, твоему восхитительному рту можно найти гораздо лучшее применение, – говорю я и переворачиваю его на спину.
Торрез одобрительно рычит, и я, не теряя времени, опускаюсь на толстый член. Двигаюсь в невыносимо медленном темпе. Взгляд Торреза прикован к тому месту, где мы соединены. Он теряет терпение, приподнимает меня за бедра и поглубже насаживает на себя. Я со стоном толкаю его обратно на кровать. Наклоняюсь и прикусываю мочку уха.
– В прошлый раз командовал ты, теперь мой черед, – шепчу я.
Отклоняю бедра назад, член высказывает из меня, затем подаюсь вперед и снова полностью насаживаюсь. Провожу губами по его подбородку, затем прикусываю шею, оставляя отпечатки своих зубов на красивой бронзовой коже. Упираюсь ладонями ему в грудь и сажусь так, чтобы можно было легко поднимать и опускать бедра.
Наши горящие взгляды прикованы друг к другу, и мне чертовски нравится обожание, исходящие из его темных глаз. Он выкрикивает мое имя, и этот звук, срывающийся с губ, подстегивает меня. Перехватываю его руки там, где они сжимают мою талию, и перемещаю на свою грудь. Укладываю ладони так, как я хочу. Потом опускаю свою руку вниз, чтобы ласкать клитор, пока с самозабвением буду скакать на своем Волке.
Вскрикиваю, когда он сильно сжимает мои соски, и быстрее массирую клитор, отчего покалывание в ногах переходит в вагину, готовую снова взорваться.
– Черт, Волк, ты так хорошо заполняешь меня, – говорю я, и с этими словами он толкается в меня, воя от наслаждения.
Прижимаюсь к нему, и как раз в тот момент, когда я собираюсь перейти грань, боль пронзает мою грудь, и легкие тут же сдуваются. Со стоном падаю на Торреза и сквозь туман раскаленного добела пламени понимаю, что каждый мускул в его теле напряжен. Вероятно, он испытывает такую же боль, что и я. Не могу пошевелиться, и если в ближайшее время не будет воздуха, чтобы наполнить легкие, я потеряю сознание. Торрез вскрикивает, но это быстро переходит в рычание, и в глубине души я жалею, что не могу его утешить, потому что сейчас сама в таком же дерьме.
Между сдавленными криками пытаюсь убедить себя, что все хорошо. Мне больно, потому что связь с Торрезом работает, и его руны обжигают именно там, где должны были появиться. Я не испортила связь. Мне хотелось бы почувствовать облегчение от осознания этого прямо сейчас, но все, что я чувствую, – это боль, и кажется, она длится гораздо дольше, чем когда я впервые получила свои руны. Подавляю очередную волну боли и ощущаю привкус крови во рту. Я знаю, что не умру, но кажется, достигаю порога того, что может вынести мое тело.
Руки обхватывают меня, и я кричу, не в силах больше сдерживаться. Смутно осознаю тот факт, что Торрез все еще глубоко внутри меня. Он что-то говорит мне, затем я чувствую, как его зубы впиваются мне в руку. Испытывая столько противоречивых ощущений одновременно, я теряю сознание и погружаюсь во тьму.
