– Эм-м, ты в порядке? – осторожно спрашиваю я, полностью разрушая иллюзию, что я знаю, что делаю. Протягиваю парню руку, и, как только я это делаю, все, что удерживало Каллана и его клан на полу, рассеивается. Ребята встают, переводя взгляд со своих конечностей на меня; у них такой вид, словно они не могут понять, что произошло.
– Так что ты говорил о нападении со всех сторон? – спрашиваю я, прежде чем они успевают разразиться очередным воплем, поскольку эффект от моей волшебной пощечины, похоже, уже прошел.
– Я говорил, что если ты сдашься Адриэлю, то вас там будет трое: ты, Лахлан и Киган. – Каллан указывает на Сиа. – Если
– Кто-то проворачивал такое раньше? – поворачиваюсь к Сиа.
– Нет, по крайней мере, не так, как он это видит. Когда твоя мать сбежала, пленники воспользовались нападением, но нападавшая группа и группа, совершившая побег, не действовали сообща.
– Как думаешь, у тебя получится убедить ламий восстать против Адриэля? – спрашивает Айдин.
Сиа пожимает плечами.
– Есть несколько ламий, но сложно сказать, сколько из них действительно будут сражаться против остального гнезда. Кроме того, будет очень сложно спланировать мятеж, чтобы это не попало в чужие уши. Наверняка найдется кто-то, кто хочет завоевать расположение Адриэля.
Я понимающе киваю и на мгновение задумываюсь.
– Волк? – Торрез обращает взгляд на меня, и я замечаю в его глазах намек на что-то, что не могу определить. – Ты сможешь убедить Волковых или еще какую-нибудь стаю сражаться на нашей стороне?
– Не думаю, что их придется долго убеждать, они живут в предвкушении хорошей драки, – ухмыльнувшись, отвечает он.
Я улыбаюсь и киваю ему.
– Сколько ламий в гнезде Адриэля? – спрашивает Энох Сиа.
– Около двухсот пятидесяти. Треть из них опытные бойцы. Но Адриэль постоянно отправляет куда-то охотничьи отряды, так что в любой момент из гнезда могут уйти от десяти до шестидесяти ламий.
Я оглядываю ребят. Нас четырнадцать. Как, черт возьми, мы собираемся противостоять такому количеству нечисти в рукопашной схватке? Но пока что предложение Каллана лучшее из того, что у нас есть. И если мы убедим стаю Волковых сражаться вместе с нами, у нас будет гораздо больше шансов.
– В гнезде в основном мужчины? – Вален что-то подсчитывает, задав этот вопрос.
– Соотношение примерно семьдесят на тридцать, но женщины так же опасны, как и мужчины, если не больше. Другим бывает трудно убивать женщин, и ламии используют это в своих интересах.
Снова смотрю на ребят.
– У кого-то есть план получше? – встречаюсь взглядом с каждым.
Они нерешительно качают головой и через пару секунд отвечают «нет».
– Тогда приступим.
В комнате какофония: «Подожди, что?», «Ни за что», «Киллерша!», «Подумай еще раз, Ведьма!».
Айдин, Эврин и Каллан подходят к дверному проему. Когда Сиа встает, несколько голосов кричат ему, чтобы он немедленно сел. Это было бы забавно, если бы то, что затевается, не было смертельно опасным.
– Мы обсуждаем это уже десять минут. Ты что, и правда готова просто прийти к Адриэлю и постучаться в дверь? – требовательно спрашивает Вален, подходя ко мне.
Мне становится не по себе от его тона.
– А что еще нам остается делать? – парирую я. – Вы пока продолжайте тренироваться, Торрез пойдет к Волковым, Сиа соберет как можно больше лояльных ламий, а я притворюсь, что меня похитили, и буду ждать возможности убить Адриэля.
– Вот так просто, да? – возражает Сабин, и я очень стараюсь не закатить глаза.
– Простите, нам нужно поговорить наедине, – заявляет Нокс и подхватывает меня на руки.
Все начинают расходиться. Энох следует за парнями, но Бастьен встает на его пути.
– Только Избранные, – рычит он.
На лице Эноха ходят желваки, но он не спорит и не двигается с места. Сиа наблюдает за нами из кресла.
– Вам повезло, что мне нравится, когда меня носят на руках. Иначе бы вы сейчас умоляли Райкера залечить ножевые ранения. Вы же сейчас передеретесь, – раздраженно говорю я.
Нокс несет меня в маленький домик. Проходит мимо гостиной и направляется в комнату, где мы спим. Ожидаемо кладет меня на матрас и тут же забирается на меня. Потом прижимается губами к моим в жестком, требовательном поцелуе. Я сразу же раздвигаю ноги, и его большое мускулистое тело накрывает меня именно так, как мне хочется.
Кто-то кашляет, и я улыбаюсь в губы Нокса. Он издает раздраженный звук, отстраняется и рычит через плечо:
– Подожди своей очереди! – Он снова прижимается к моим бедрам и целует меня.
Смешки отражаются от стен комнаты, кто-то издает довольный звук.
– Я не знал точно, как буду себя чувствовать, наблюдая, как она проводит время с кем-то другим, но на самом деле это чертовски сексуально, – слышу голос Торреза.
– Так и есть, – соглашается Райкер. – Я, например, никогда не думал, что смогу нормально относиться к групповому сексу вне церемонии связи, но в наблюдении определенно есть своя привлекательность.
