Я не успеваю выразить изумление, потому что у меня такое чувство, будто Векун только что ткнул раскаленной кочергой мне в предплечье. Я крепче сжимаю руку Сурин, запрокидываю голову и закрываю глаза, пытаясь заглушить адскую боль. Глубокие вдохи, которые я отчаянно пытаюсь сделать, превращаются в хрипы, и с моих губ рвется долгий стон, прежде чем боль начинает стихать.
От меня метка передается Сурин, и она начинает кричать. Проходит не меньше пяти минут, прежде чем ее хватка ослабевает.
Ори издает болезненный стон, и мы пытаемся успокоить его, говоря, что скоро все закончится. Кажется, прошла целая вечность, но в конце концов он расслабляется.
Мы отпускаем руки, но никто не решается сдвинуться с места. Теперь на наших телах связующие метки, и это навсегда.
Векун снова громко хлопает в ладоши, и я с писком подпрыгиваю. Все втроем рассматриваем метки, все больше осознавая, что они значат для нас.
Несколько недель назад мы пытались убить друг друга. И вот мы здесь, связанные вечными узами, и мы – лидеры Стражей. Все это кажется сюрреалистичным.
– Я правда рад наконец познакомиться с тобой, Винна, – вырывает меня из моих мыслей Векун. – Думаю, какое-то время вы будете заняты очень плотно, но когда все уляжется, я бы хотел, чтобы ты пришла ко мне, и я расскажу тебе больше о магии Связи и о том, как она работает.
На мгновение я удивляюсь. Моей первой реакцией было сказать, что, возможно, я не вернусь в Тиерит в ближайшее время. Но я понимаю, что новая руна Врат облегчит мне передвижение. Меня охватывает волнение, когда я думаю о том, чему я могла бы научиться. Уверена, что и Гетта тоже не прочь подраться со мной, когда я снова появлюсь в городе. Но это так, к слову.
– Я была бы признательна, – говорю, опустив глаза, – но при одном условии: если ты пообещаешь больше не использовать свою защитную руну.
Векун улыбается, затем слегка наклоняет голову, и его взгляд становится отсутствующим, как будто он прислушивается к чему-то, что другим недоступно. Вдруг у него перехватывает дыхание, и он хватается за горло. Меня пронзает беспокойство, когда я замечаю вспышку тревоги в его глазах.
– Мне нужно идти, – выдавливает он и тут же исчезает.
Я моргаю и оглядываюсь по сторонам, как будто его внезапное исчезновение – всего лишь игра света, но его и правда нигде нет.
Смотрю на своих парней и пожимаю плечами.
– Кто готов к вечеринке? – спрашиваю я, надеясь, что они забудут о том факте, что полчаса назад у меня текли слюнки и прочие жидкости. – Это все его защита, – заявляю я беспечно.
Но парни выглядят не такими довольными, как я надеялась.
Черт, возможно, придется пустить в ход тяжелую артиллерию.
– Ладно, оргазмы обещаю, – говорю я, и на этот раз они расплываются в улыбке, хотя некоторые из них пытаются сдержаться.
– Винна, проснись, дорогая, – кто-то трясет меня за плечо.
Я с трудом выдавливаю из себя возражение, потому что мне нужно поспать еще как минимум неделю. Какого черта меня будят!
Большую часть полета я не спала, мысленно разрабатывая с Сурин и Ори план первого этапа: открытие барьеров.
– Малышка, тебе нужно проснуться, у нас небольшая проблема.
Я узнаю голос отца, быстро выпрямляюсь на сиденье и открываю глаза. Пытаюсь справиться с усталостью, вызванной пешим переходом из Тиерита, долгой поездкой на машинах, перелетом в США с сопутствующей сменой часовых поясов и, наконец, возвращением в Утешение. Перевожу взгляд с озабоченного лица отца на окрестности, пытаясь сориентироваться. Высокие деревья и двухполосная дорога, на которой мы остановились, дают мне подсказку, что до Утешения вроде бы осталось немного, но путь нам преграждают черные «рэндж роверы».
– Чего они хотят? – спрашивает Вален с водительского места, не отрывая взгляда от машин.
Смотрю на Сорика и Бастьена, которые тоже здесь, и качаю головой.
– Ну давайте уж узнаем, – ворчу я, открываю дверь и выпрыгиваю на бетонку.
Сабин, Сиа, Райкер, Нокс и Торрез вылезают из другого внедорожника. Мы все глядим на паладинов, которые выходят из «рэнджей». Я никого из них не узнаю, но на самом деле в Утешении я знала только два ковена: Лахлана и Сурка, так что это меня не особо удивляет.
Мужчина со светло-каштановыми волосами встречается со мной взглядом и делает шаг вперед.
– Винна Айлин, мы здесь, чтобы сопроводить тебя на встречу с Советом старейшин, – сообщает он.
Я издаю раздраженный звук. Твою мать, они что, следили за расписанием прилетов в ожидании нашего возвращения? Перед мысленным взором предстает лицо старейшины Клири, и я недоверчиво хмыкаю. Но, наверное, мне и здесь не стоит удивляться.
– Ладно, – соглашаюсь я.
В любом случае, лучше покончить с этим сейчас. Тогда мы сможем вернуться домой и немного поспать, прежде чем приступить к работе.
Я поворачиваюсь, чтобы вернуться к своей машине, но следующая фраза паладина останавливает меня:
– Ламиям запрещено пересекать барьер Утешения, так что твоим спутникам придется остаться здесь, пока старейшины не разрешат им войти, – говорит он, глядя на Сиа, Вона и Сорика с явным отвращением.
