— Виталь, от разлома выдвинулось несколько щупалец биомассы. Размотало центральные два, вышедшие прямо на нас, но скорее всего впереди у нас остались разрозненные отряды. Боковые щупальца, до этого момента нас охватывающие по флангам, сейчас наверняка изменили направление и двигаются в нашу сторону наперехват, да и у очага активности охрана точно будет.
— А бомберы больше не прилетят?
— Прилетят скорее всего, но вряд ли быстро.
— Зачем нам уничтожать очаг активности?
— Потому что я думаю, что на него завязан разлом. Есть вариант, что если мы его уничтожим, разлом закроется.
— Нет, ты не понял! Почему именно нам, его же морозными бомбами можно закидать?
— Я думаю его уже закидали, но эффекта ноль, — коротко посмотрел я на лысого, и тот утвердительно кивнул. У него в ухе наушник рации, и он наверняка слушает Виктора Петровича на закрытом канале.
— Почему ты думаешь, что эффекта ноль?
— Потому что никто не оставит такое важно место без защиты, я думаю его накрывает защитный купол.
— А мы через него пройдем?
— Виталь, откуда я знаю? На месте сориентируемся.
— А почему мы несемся вперед без оглядки, если бомберы могут прилететь, уничтожить всю орду, и потом мы по дымному следу туда спокойно дойдем без этих опасных качелей?
Как раз сейчас машина валко качнулась, а выправив ее на дороге, лысый глянул на меня зелеными окулярами. Он мои намерения сомнению не подвергал, но ему явно тоже интересно.
— Гексагон.
— Что?
— Гексагон, устойчивая конструкция. В орде были колдуны, если они активируют еще четыре очага активности, будет создан гексагон, и его уже просто так не уничтожишь. Что? — обернулся я к лысому, который даже притормозил, глядя на меня.
— Откуда?
— Что откуда?
— Откуда ты знаешь?
— Я не знаю, предполагаю божественным провидением, а что?
— В одном из огненных циклонов, за пару минут до того, как его нейропаралитическими газами залили, светящиеся излучением активности шесть отрядов дикой охоты как раз в круг встали. Ну или в гексагон, получается. Зачем?
— Шестиугольник — природная форма, полностью заполняющая территорию, как соты в улье. Закрепив один гексагон, можно постепенно начинать расширяться, поглощая территорию без остатка и этого нельзя допустить.
— Это тоже божественное провидение говорит?
— Возможно оно.
— А возможно не оно? — подал голос Ушан.
— Да, а еще возможно, что это говорит мое воспаленное воображение. Так что будьте готовы, что из-за него вам сегодня придется умереть, чтобы я добрался до места и попробовал уничтожить очаг активности без гарантии успеха.
Честно, но правдиво — та самая реальность, которую я собрался приоткрыть Ушану, чтобы в чувство привести. Судя по всему, Виталю проняло, замолчал. А вот Админ никак не отреагировал — он мужчина в возрасте, опытный и тертый, возможные варианты умереть сегодня наверняка понимал еще в тот самый момент, когда согласился с нами в этот безумный рейд отправиться.
После этого ехали молча. Лысый фары так и не включал, вторая машина тоже следовала за нами даже без габаритов, только светятся зеленым две точки прибора ночного видения клонов. Оборачиваясь на ту машину заметил, что окна у них открыты, из них стволы торчат, в том числе пулемётный с сошками. Светятся еще призрачным оранжевым отсветом копыта буцефалов, но совсем слабо, едва заметно.
Лысый дорогу знал, рулил уверенно. Сначала мы прокатились по узкой грунтовке, после свернули в сторону и поднявшись по пологому склону, миновали горную долину. Были бы на колесах, объехали бы, а так напрямик — как пояснил лысый, когда машина форсировала небольшой бурный ручей.
— К разлому подъезжаем, — вскоре предупредил лысый, похоже знающий в окрестностях базы каждый камушек. Действительно, через пару сотен метров впереди показалось зеленое свечение — видимое как кислотно-зеленое даже в шакальем спектре шлема, а потом выехали и к самому разлому.
Собственно, никаким разломом, каньоном или ущельем это не было — напоминало местами пересохшую грязевую реку, шириной в три десяткам метров и с длинными лужами яркой зеленой кислоты. И это «русло» определенно было чужеродным — это грязь чужого мира, здесь поверхность нашей земли словно оказалась раздвинута. С рокотом напрягающегося мотора переваливаясь через созданные от этого расширения складки — бугрившиеся слои дерна, камни и несколько смятых кустов, подъехали к краю разлома.
