Снопу едкого электрического света, рождённому низко висящим фонарём, было тесно в квадрате двора. Карнизы и углы заявили о себе резкими тенями. «Будто нежилой», – подумалось Кире. Она подняла глаза наверх, куда отступила ночь и где бледно светили несколько окон, и поняла, что на улице чувствовала себя уютнее.
Видимо, это ощущение оказалось заразным. Венька несколько раз отставал от неё, сбавляя шаг. В арке он резко обернулся.
– Ты чего? – Кира остановилась.
– Ничего, – отозвался он настолько беспечно, что ей сразу стало не по себе.
В переулке Венька ещё раз обернулся, а Кира смотрела вперёд и догадывалась, что они забрали в сторону, иначе их путь давно бы пересёк проспект.
– Кира, – тихо и нарочито спокойно сказал Венька. – Зайди в парадное, дверь закрой и держи изнутри.
– Зачем? – парадное зияло чёрным провалом в стене, и девушка впервые с подозрением глянула на спутника.
– Затем, что за нами идёт кто-то. Давно.
– А ты?
– А я пойду дальше. Надо узнать, кто это. Потом за тобой вернусь.
– Хорошо, – согласилась Кира. Предложение было настолько идиотским, что спорить даже не хотелось. Девушка пошла к дому и у дверей оглянулась – Веня уже скрылся в подворотне. Кира, отшатнувшись от тёмного провала и мысленно обругав горе-провожатого, спряталась за втиснутым во двор угловатым джипом. «Сейчас посмотрим, что ты за птица», – подумала она и пожалела, что не вызвала такси по чьей-нибудь мобиле.
Не прошло и минуты, как в арке глухо застучали шаги. Пока неясно было, с какой стороны приближается человек. «Вернулся», – грустно констатировала Кира и осторожно подняла с земли валявшуюся у стены пивную бутылку, перехватила её за горлышко. Хоть какое-то оружие. Её можно кинуть или разбить «розочку», как делают хулиганы.
Идущий следом был уже близко. Но его шаги не сопровождались звяканьем цепи, а у Вени к брючному ремню была присобачена толстая цепь! Не задерживаясь, человек прошёл двор насквозь и скрылся в следующей подворотне.
Кира выскользнула из-за машины и с наслаждением выпрямилась – как она устала несколько минут сидеть на корточках и бояться! Теперь ей хотелось действовать, самой навести шухеру. Держась ближе к стенам и всё ещё сжимая в руке пустую бутылку, она продолжила прежний путь.
Выглянув из-за угла, Кира разглядела остановившегося под фонарём человека. Даже со спины она узнала высокого бритого парня с концерта – его затылок маячил перед ней весь вечер. Парень повернул голову на какой-то не слышный ей шум и рванул с места. Кира, радуясь, что надела на концерт кеды, поспешила следом, держа дистанцию.
На неузнаваемой в темноте улице, в проулке между стеной здания и сеткой баскетбольной площадки их преследователь вцепился в воротник Веньки и шипел:
– Где девушка?
– Хрен тебе, а не девушка!!!
– Куда ты её дел, чмо волосатое?
– Так я тебе и сказал!
– Что ты с ней сделал?
– Я?! Я, что ли, тащился за ней всю дорогу?
– Где она? – тут парень уловил направление взгляда Веньки, обернулся, заметил Киру, получил по челюсти, двинул наугад и, кажется, попал.
– Вооружаешься? – он кивнул на бутылку в руке девушки – Правильно делаешь. А то ещё обидят дружка твоего! – Тут парни снова сцепились. Кира отошла в сторону.
– Зачем ты за нами шёл?
– Подстраховать решил. Что-то мне твой провожатый не внушает доверия, – пояснил парень, легко увернувшись от удара.
– Не хочешь же ты сказать, что с нами попрёшься? – пыхтя, возмутился Венька.
– Хочу! Попрусь! И не с вами, а с ней, ты мне как-то не интересен. Ты вон, потерял её на полдороги! – здесь они, наконец, оставили попытки друг друга придушить и только злобно зыркали один на другого.
– Меня, кстати, Артёмом зовут. А тебя? А тебе далеко? Да? Это прекрасно! Да брось ты эту бутылку, ты даже не знаешь, как ей пользоваться!
– Поделись опытом, – ехидно откликнулся Веник. – Устрой мастер-класс!
– Чтобы потом от какого-нибудь волосатого полудурка получить благодарностью по затылку?
– Не всё же нам от вас огребать!
– А ты поменьше языком молоти и не огребёшь!
Когда за спиной Киры послышались скрежетание зубами, фырканье и неразборчивая ругань, она не стала оборачиваться, а только ускорила шаг. Это возымело ожидаемый эффект – не успела она дойти до угла дома, как с обеих сторон от неё возникли её спутники – оба в слегка помятом виде, – и дальше они пошли вместе.
– Я одного не понимаю, как тебя-то туда занесло? – недовольно пробормотал Веник.
– Ну, прикинь, нравится! – отозвался Артём.
– «Он за железный порядок, он скромно одет…»
– «Он почти без наколок, мама, он интеллигент! От заграничной заразы он спасает Москву…», – смеясь, продолжила Кира.
– Слушай, ты! «на душе сто колец, два тату, да на память косуха подружки»2! – Артём легонько подтолкнул Киру.
– Предлагаю продолжить о том, о чём ещё не спел Шевчук!
– Странно, что наша музыка нравится тем, кто принимает условия игры, – процедил сквозь зубы Веня.
– Хорош приватизировать музыку! И мне лично никто никаких условий и не предлагал. Я сам их для себя установил, понял?
– Это тебе так кажется! Просто в тебе нет протеста и правильно – без него жить удобнее!
