- Не умею я пыль вытирать, - ответила Екатерина Ивановна, - при Александре Петровиче я пыль не вытирала.
На следующий день проснулся Миша Котиков в постели Александра Петровича.
Рядом с ним, раскрыв ротик, высунув ручку, спала Екатерина Ивановна.
- Жаль, что она так глупа, - подумал Миша Котиков. - Никаких ценных сведений об Александре Петровиче сообщить мне не может. Ну, да ладно, от друзей Александра Петровича получу ценные сведения. А от нее узнаю, как писал Александр Петрович. - Екатерина Ивановна, а Екатерина Ивановна, как писал Александр Петрович?
Проснулась Екатерина Ивановна, раскинула ручки, толкнула коленкой Мишу Котикова, перевернулась на другой бок и заснула.
Две недели ходил к Екатерине Ивановне Миша Котиков. Разные интимные подробности об Александре Петровиче собирал; иногда водил Екатерину Ивановну в кинематограф, иногда в театр, иногда просто по улицам гуляли.
Все узнал Миша Котиков: сколько родимых пятнышек было на теле Александра Петровича, сколько мозолей, узнал, что в 191... году у Александра Петровича на спине чирей выскочил, что любил Александр Петрович кокосовые орехи, что было у Александра Петровича за время брака с Екатериной Ивановной тьма любовниц, но что он любил ее очень.
А когда все узнал и все записал, то решил, что любовницы Александра Петровича, должно быть, умнее жены и ему больше сведений о душе Александра Петровича смогут дать. Бросил Екатерину Ивановну. Был он мальчик чистенький, одевался аккуратно в высшей степени, никогда у него ни под одним ноготочком грязь не застревала.
Узнал, что студентка Х была последней любовницей Александра Петровича, встретился с ней в одном знакомом доме, где литературные собрания устраивались. Дом был удивительный. Две барышни - и обе стихи писали. Одна с туманностью, с меланхолией, другая - со страстностью, с натуральностью. Они обе решили поделить мир на части: одна возьмет грусть мира, другая - его восторги.
Были еще всякие юноши и девушки. Поэтический кружок составился. Приходили и прежней эпохи поэты; тридцатипятилетние юноши. Все стихи, садясь в кружок, читали, а некоторые на балконе стояли, звездным небом и трубами любовались. Здесь-то и встретился Миша Котиков со студенткой X.
Он тоже здесь стихи читал, сидя на подушке от дивана, ножки вытянув, глазки закрыв. Рядом с ним как раз сидела студентка X, веселая, с длинными ножками.
- А что, Евгения Александровна, пойдемте после вечера по городу погулять, к томоновской Бирже.
- Только если соберется компания, - шепотом ответила Евгения Александровна.
В два часа ночи компания составилась.
Компания прошла мимо вздыбленных коней над Фонтанкой. Всю дорогу ухаживал за Женей Миша Котиков. Говорил о том, что она удивительная и необыкновенная девушка. Когда подошли к Бирже Томона, удалились вместе Миша и Женя, склонив нежно головы.
Раскраснелся Миша Котиков, порозовела Жени чка, со ступенек встали.
- Скажите, Женичка, - спросил Миша Котиков, - очень вас любил Александр Петрович?
- Обещал два месяца любить, но потом избегал встречаться.
- А когда это было? - 11-го февраля.
- Не говорил ли с вами Александр Петрович о поэзии?
- Говорил, - ответила, поправляя юбку, Женя, - говорил, что каждая девушка писать стихя должна. Во Франции все пишут.
-А что говорил Александр Петрович об ассонансах?
- Ассонансов он не любил, говорил, что они только для песен годятся.
- Женичка, Женичка, еще поправьте юбочку а то заметить могут.
Молодые люди прощались. Город постепенно восстанавливался. Появлялись окрашенные здания. Поэт Троицын прошел, провожая свою аптекаршу. А знакомство у него с аптекаршей было необычайное. Раз как-то он, проходя мимо аптеки, увидел за прилавком хорошенькую головку, зашел, попросил средства от головной боли; хорошенькая головка знала, что это Троицын. Еще бы не знать! Троицын везде стихи читал. Он страшно любил стихи читать.
Дала она ему средство от головной боли, и за говорил Троицын о звездах. Просто неземной человек был Троицын, только о звездах и мог говорить.
- Посмотрите, - говорил он, показывая в окно, - какая Медведица.
- А какая огромная луна, - ответила девушка.
- А какой чистый воздух ночной, - сказал Троицын.
- А знаете мое стихотворение "Дама с Камелиями"? - спросил Троицын.
- Не знаю. - Хотите, я почитаю?
- Почитайте, - ответила барышня. Троицын почитал.
"Какие поэтические стихи!" - замечталась девушка.
Троицын облокотился совсем на прилавок. Барышня посмотрела на часы.
- Сейчас моя подруга придет, я ее сегодня заменяю.
- Я вас провожу, - сказал Троицын.
- Хорошо, - раскрыла глаза барышня.
Через полчаса они шли мимо Петровского парка.
- Давайте в снежки играть, - предложил Троицын.
То она убегала, то он убегал. Прохожих не было. Сели отдохнуть, белые от снежков.
Посмотрел Троицын вокруг - никого. Посмотрела она - никого. Пошли подальше от дороги.
На следующий день Троицын бегал по городу и всем рассказывал. Но в течение двух недель ходил провожать аптекаршу, появлялся везде с аптекаршей, отводил друзей в сторону и шептал на ухо:
- Надоела мне она. Это все перпендикулярная любовь. Я, как Дон-Жуан, настоящей любви ищу.
