Приникнув к окуляру прицела, Родерик выпускает крюк. Щелчок выстрела звучит как шепот на ветру. Следом за крюком вырывается цепь. Раздается ласкающий слух стук, с которым шип пробивает бок монстра. Крюк застревает меж двух чешуек. Брызжет белая кровь, и горгантавн издает вопль.
Цепь натягивается.
Я округляю глаза. Встаю поустойчивее и готовлюсь.
– Держитесь! – кричит Брайс.
Резко дернувшись, самка с ревом тянет нас за собой. Корабль мотает туда-сюда. Пластины чешуи дрожат, и от гребня до кончика хвоста по телу чудовища пробегает щелкающая волна. Все кричат, Себастьяна дергает из стороны в сторону.
Только Громила смеется, хватаясь за ограждение.
Чудовище шевелит чешуйками, шлепая ими, будто ластами. Это защитный рефлекс, так горгантавны сбрасывают с себя соперников, когда те впиваются в них зубами. Пытаясь избавиться от крюка, горгантавн пускает вторую волну.
– Родерик! – ревет Громила. – Давай!
Родерик со всей дури бьет по кнопке. Миг – и мы с невероятной скоростью несемся прямо на горгантавна. Команда падает в сетки. Меня на ногах держат только струны. Нос корабля устремлен чудовищу в бок. Точно острие меча, готовое разить.
Пластины чешуи растут, приближаясь, и я зажмуриваюсь.
Мы врезаемся в самку. Мои пальцы выскальзывают из колец, и я падаю на стекло фонаря. Перед глазами вспыхивают огоньки. Слышу приглушенные крики людей и скрежет металла. Подняв голову, вижу покореженный нос корабля. Ограждение – всмятку.
У Родерика по лбу стекает кровь. Видимо, поранился, ударившись о панель управления.
Когда меня сбросило с плиты, стеклянный купол кабины открылся, и я оказался на палубе. Лежу на спине; влажный ветер обдувает лицо. Все тело жжет.
Палубу, точно молоком, заливает белой кровью горгантавна. Однако, сев, я вижу, что она течет из раны, нанесенной крюком. Корабль пробить бок зверя не смог.
Родерик бьет по другой кнопке, высвобождая крюк. Горгантавн оборачивается. Под жгучим взглядом его огромных золотых глаз я трепещу от страха.
Однако у нас есть запасной план.
Справа из-за облака вылетает Китон на спасательной шлюпке. Стоя у борта, она целится в зверя из пушки и, пока он сосредоточен на нас, стреляет в открытый газовый мешок. Крохотная капсула, вращаясь, вылетает из ствола.
С замиранием сердца смотрю вслед снаряду. Время словно останавливается. Но перед самым попаданием горгантавн подныривает, и заряд рвется вхолостую.
У меня по спине словно пробегает ледяной паук.
Мы покойники. Громила убил нас своим идиотским планом. И знает об этом. Стоит как вкопанный. Больше не выкрикивает приказов.
Извиваясь, горгантавн отлетает и сосредотачивается уже на миниатюрной шлюпке.
– Китон, уходи! – размахивает над головой руками Родерик. – Улетай, Китон. Улетай!
Однако у лодки только паруса. У нее нет кристаллического двигателя, чтобы с ревом умчаться в далекое небо. Горгантавн с шипением скручивает хвост и устремляется вперед, словно брошенный дротик.
У меня внутри образуется холодная пустота. Я не вижу лица Китон, не слышу ее криков. Не могу ничем ей помочь.
Китон тем временем лихорадочно перезаряжает пушку.
Родерик выпрыгивает из-за турели и хватает гарпуномет. В отчаянии стреляет, но снаряд проходит выше серебристых пластин чешуи.
Все замерли.
Китон выстреливает прямо в морду чудовищу. От такого взрыва раскололо бы «Гладиан», и нас обдает волной жара. Зато разъяренному зверю все нипочем. Сомкнув на шлюпке зубы, он разбивает ее в щепки.
– Китон! – ахает Родерик. – Китон, нет!
Впрочем, за мгновение до гибели шлюпки Китон успевает спрыгнуть за борт. Она падает, размахивая руками.
Брайс кричит, Родерик смотрит в ужасе. Мы все поражены. Глядим, как наш механик летит вниз. Не знаем, что предпринять.
Но у меня есть план.
– Уводи нас отсюда! – орет Громила.
Я забираюсь на платформу и прыгаю на плиту. «Гладиан» просыпается. Оказавшись под колпаком, сгибаю средние пальцы. Корпусом подаюсь вперед, а потом, как только зверь кидается на нас, вытягиваю руки.
Горгантавн проходит в каких-то десятках сантиметров от корабля.
– Ты что творишь? – вопит Громила. – Отступай, драйщик!
Я шевелю пальцами, пот крупными каплями стекает по лицу. Оттягиваю правую руку назад, разворачивая нас к цели, а потом снова выбрасываю вперед. Если просчитаюсь, мы просвистим мимо Китон и не сумеем вовремя развернуться.
Поймав мой взгляд, Родерик понимает, что я затеял. Кидается к середине палубы; магнитные боты держат его, несмотря на свирепый встречный ветер.
– Да, – говорит Громила, – с-спаси ее. Спаси ее, Элис!
Оказавшись под Китон, я тяну руки на себя и не падаю только благодаря струнам. А вот Родерик опрокидывается и скользит в сторону.
– НЕТ! – кричит он.
Китон кувыркается в воздухе. Если просто упадет на палубу, то разобьется в лепешку.
Я снижаюсь, подстраиваясь под скорость ее падения. Однако нам быстроты не хватает. Тогда я соскакиваю с плиты. Фонарь открывается, «Гладиан» несется вниз по инерции. Я же спрыгиваю с платформы и бегу на пылающих от нагрузки ногах. Подныриваю под Китон, чтобы поймать ее.
