Вертолет был достаточно большим, чтобы внутри можно было стоять, не пригибаясь, человеку моего роста, но основная часть пассажирского отсека занимали какие-то темные металлические ящики с неясной маркировкой. Ян находился в кабине рядом с пилотом, в пассажирском отсеке разместились мы с Кей и еще четверо поглощающих: тот хвостатый, его ушастый коллега, чернодырый от северной гильдии и еще один "наш", в больницу не выходивший - суровый верзила в возрасте, иссченный шрамами, как тетрадный лист в клеточку - линиями. Ну, почти. Хотя, пожалуй, правая щека такой аллегории заслуживала больше прочего: на ней шрамы натурально складывались в сеточку, как будто когда-то мужика приложило лицом как минимум к раскаленной решетке. Я заподозрил в нем ветерана Войны Причин, но спрашивать, понятно, не стал. Вообще большая часть полета проходила в тишине.
Не знаю, было бы лучше, если бы поглощающие шутили шутки и травили байки? Возможно. Но тишина, разбавленная монотным гудением лопастей, скорее напрягала. Мне было бы интересно узнать у Кей, что это за ребята, каковы их звания и что она может сказать о них, как о людях, но в данной ситуации такой разговор был невозможен - я понял это, кажется, по тому, как все поглощающие держались, как скупы они были на слова. Эти ребята напряжены, усталы, они не из одной компании. Может, их напрягаю я? Нет, один, сам по себе, я бы такого эффекта не произвел. Я перевел взгляд на Кей - она смотрела куда-то в пол, ее лицо все еще было бесстрастным и немного отрешенным. Может ли оказаться так, что эта команда не приветствует и ее тоже? Кто знает.
В общем, все, на что я решился - спросить на примерно двадцатой минуте полета, а нет ли чего-нибудь перекусить. Сводящий внутренности голод не оставлял меня в покое с самой поликлиники, а стресс, видимо, оказался недостаточным, чтобы мне перехотелось есть.
Поглощающие переглянулись. Никто не проронил ни слова.
- Ну что вы как не родные, - посетовал я. - Может, у кого-нибудь найдется... ну, бутерброд там?..
- Может, и найдется, - улыбнулся поглощающий с хвостиком, и эта его улыбка заставила меня тут же пожалеть о собственном вопросе. Было в ней что-то...
- Тобиас, - у иссеченного шрамами поглощающего был низкий, скребущий голос. - Покормишь его, пока мы будем сопровождать Яна.
Ага, вот как зовут хвостатого.
- Куда сопровождать? - поинтересовалась Кей совершенно ледяным тоном.
Такого ее голоса я давно не слышал. Пожалуй... да, пожалуй, с самого форта Лунного.
- Насколько я понимаю, мы летим в Варзау, - продолжил скрежетать шрамированный "ветеран".
Я мельком взглянул на Кей. Она слегка нахмурилась. "Ветеран" продолжил:
- Конечно, я точно не знаю, что там задумал шеф, но ведь ваша миссия в Варзау не окончена...
Кей ничего ему не ответила. Хочется ли ей вернуться в Варзау? Да она может что угодно говорить, но вряд ли. Кто добровольно согласится торчать там дольше недели? Кей с большой веротяностью не рада возвращению. Я не смею думать, что она против продолжения миссии из-за меня, но слегка надеюсь на это. Мне самому было бы намного комфортнее возвращатсья на юг, зная, что она будет недалеко.
Впрочем, это пустые такие надежды - надежды сердца. Это беспомощные мечты, эмоциональный костыль, позволяющий мне не впадать в отчаяние. Мне было сказано достаточно прямо и четко, что я не должен питать надежд. Потому что... "ничего не получится". Она не перестанет быть тем, кем является, а я... безработный, ненадежный, "с отвратетительной репутацией, как мужчина", бывший маг - короче, все еще ничего хорошего. Мне там, помнится, было некое откровение - про любовь и принятие, но, кажется, я напрочь его позабыл. То есть, формулировку помню... сути не понимаю.
Но я не буду отбрасывать мой костыль. Он позволяет мне идти. Поэтому я, пожалуй, все же буду надеяться. В конце концов, есть иллюзии и похуже, которыми люди поддерживают себя в живых. Моя - не самая ужасная, если говорить по чести.
Еще я там, кажется, был когда-то восходящей рок-звездой и королем севера - но это, если честно, что-то такое эфемерное и мимолетное, лживое и пустое, как мне сейчас кажется, будто бы это о ком-то другом, и толку от этого никакого.
Да, это не обо мне.
Я лечу в темном нутре вертолета, окруженный суровыми поглощающими, я уже знатно отсидел себе все, что мог, жрать все еще хочется не по-детски и, кажется, эта ночь будет долгой.
Вертолет начал снижаться внезапно. Мы уже снова в Варзау?
Кабину тряхнуло, ночь за толстыми стеклами перестала быть монотонно-черной и запестрела встревоженным нашим прибытием снегом. Захлопали двери кабины, затем кто-то снаружи открыл наш внутренний отсек. В проеме, в ореоле света, показался Ян Фредек.
- Кей, на выход, - скомандовал он, перекрикивая шум все еще не угомонившегося пропеллера. - Виктор, ты тоже.
- Шеф, у меня кости ломит тут сидеть, разрешите с вами? - проскрипел шрамированный неожиданно заискивающе.
