Новый квартирант в первый же вечер выставил на стол бутылку казённой водки, мясной балык и рыбные консервы в жестяной заграничной банке. Пригласил к столу хозяина, который от такого внимания растаял, тут же полез в подпол, выволок оттуда и присовокупил к выставленным деликатесам соленое сало, квашеную капусту, чугунок рассыпчатой картошки. Гладкий на лицо постоялец сыпал шутками-прибаутками, подливая Спиридону водочки, чем окончательно расположил к себе.
Через пару дней к Спиридону под вечер заявился старший брат. Коське Спиридон рассказал о новом жильце, нахваливая угощения и веселый нрав. Тут и он на ночлег подошел. Познакомился с Коськой и, хлопнув в ладони, пригласил знакомство обмыть.
Быстро сгоношили на стол, раскупорив новый «презент» постояльца – водочку «Чуринскую», чистую, аки слеза младенца. И разговор потёк. О житье-бытье, о коммерческих делах, о том, о сём. Между делом Ронский ввернул историю про своего знакомого торговца, ограбленного в поезде, посетовав, что нынче сберечь товар сложно, разве что под вооруженной охраной или когда сам при оружии.
Одним из заданий у Володи Ронского было поручение Фоменко попытаться выяснить каналы получения бандитами оружия и боеприпасов, так как одним только источником в читинском карбате вооруженность шайки не объяснялась.
Но показалось Ронскому – удочку-то закинул, а рыбка не клюнула. Братья никак не среагировали на сетования и рассуждения, что хорошо бы где-то хотя бы мало-мальское ружьецо для пострадавшего знакомого раздобыть. На том и разошлись спать.
Через сутки грянуло известие об убийстве на тракте Анохина и Крылова. Уже по первым свидетельским показаниям можно было определенно судить о возможных убийцах, по описаниям крестьян и Козера – обычных уголовниках. Не исключено, что видных большевиков на тракте убили ленковцы.
Выслушав секретную информацию начальника уголовного розыска, директор Госполитохраны про себя усмехнулся. Оперативная комбинация по внедрению Ронского показалась Льву Николаевичу неудачной. Цыганочка какая-то, с выходом из-за печки!
Бельский был убежден, что братцы Баталовы – мелкие уголовные сошки, через них выйти на «головку» бандитов, при склонности Ленкова к конспирации и дроблению шайки на мелкие преступные группы, с друг другом незнакомые, – дело долгое. И не факт, что вообще у агента угрозыска выход на главаря получится. А время поджимало! И правительство ДВР требовало в кратчайшие сроки раскрыть убийство Анохина и Крылова, и из Москвы телеграмма за телеграммой…
Поэтому директор Госполитохраны закрутил свою игру, в которую посвящать начальника угрозыска посчитал преждевременным.
Дело в том, что уже давно был в поле зрения чекистов ДВР Филипп Цупко.
В 1920 году, когда в Чите хозяйничали белые, квартирмейстер дивизии генерала Каппеля определил на постой в дом Анны Спешиловой на Новых местах, где фактически проживал, болтаясь по Чите, один лишь Филя-Кабан, квартиранта, прапорщика Калинина. Как офицер, тот имел право на отдельную квартиру при постое.
Павел Калинин был молод, наглостью не отличался, платил за квартиру исправно и щедро, Филе-Кабану неудобств не создавал, наоборот, приглашал к столу, наливал водочки. Короче говоря, Цупко квартирантом был доволен. Когда в октябре 1920 года каппелевцы отступили в Маньчжурию и Филя лишился постояльца, то даже жалел молодого офицерика.
Цупко не знал дальнейшей судьбы Павла Калинина. В мае 1921 года в качестве секретного агента белогвардейской контрразведки, завербованный полковником Родионовым, Калинин появился на территории ДВР с заданием разведать боеспособность частей Народно-революционной армии. На руках имел поддельный паспорт и удостоверение работника борзинского кооператива «Эконом».
Но ничего предпринять не успел. Был арестован Госполитохраной, заблаговременно получившей сообщение о засылке Калинина от своего разведчика из Маньчжурии. В ходе следствия Калинин полностью признал свою вину. Почти год просидел в Читинской тюрьме, ожидая суда.
Будучи человеком острого ума и незаурядной смекалки, Бельский, после получения в ГПО ленковской записки и изучения окружения главаря, решил использовать знакомство Калинина с Цупко, во многом полагаясь на удачу. С арестованным шпионом-неудачником состоялся секретный разговор, в ходе которого Павлу Калинину было предложено сотрудничать с ГПО в обмен на фактическое помилование. Насидевшийся на тюремных нарах и готовый к самому печальному для себя исходу Калинин согласился без колебаний.
