–Дело в том, что мы взяли в плен солдат противника. Среди них оказались несколько иностранных наемников, воевавших на стороне Сербии. Один американец, два британца и француз. Типичные «дикие гуси», залетевшие на нашу землю убивать за деньги, и мы имеем полное право их расстрелять. Но это слишком просто, и пока я раздумывал, что мы можем извлечь полезного из этих
Это навело меня на мысль использовать вас в качестве консула. Вы говорили, что американский посол в Албании- ваш друг детства?
–У вашего следователя плохо с чувством юмора. Я пошутил.
– Это ничего не меняет. Вас переоденут в подходящий костюм и выступите в роли консула. Вопросы, которые нужно будет выяснить, я уже подготовил.
Пипсен задумался. В принципе, можно попробовать: с его физиономией даже интересно прикинуться мидовской шишкой. Вот только- поверят ли…?
Главное, что разговор с военнопленными – не военное преступление – вот этого он бы хотел избежать во что бы то ни стало. Выпутываться из подобной передряги для него было бы крайне затруднительно.
Ответив согласием и даже попытавшись щелкнуть каблуками (безуспешно), сыщик был перепоручен какому-то типу с красным носом, очевидно, каптенармусу.
Предлагаемые им костюмы были с негодованием отвергнуты: некоторые определенно воняли нафталином, другие же выглядели так, словно их притащили с блошиного рынка.
–Что вы себе позволяете? – громыхал Пипсен, наслаждаясь ситуацией и отбрасывая в сторону очередной забракованный пиджак, – Мне нужен костюм для генерального консула великой страны, а не для босяка с албанского базара. Я вас уволю, мерзавец!
Очевидно, привлеченный раскатами праведного гнева сыщика, в комнату заглянул полковник.
Каптенармус вытянулся во фрунт и выкатил грудь.
–Что здесь происходит? Я уже хотел вызывать караул.
–Этот оболтус каждый раз подсовывает мне какую-то рвань. Меня унижают эти обноски, я все-таки консул, а не бомж…
Полковник пролаял несколько слов оторопевшему от ужаса каптенармусу, и тот стремглав кинулся в боковую дверь. Уже через минуту он вернулся, почтительно неся на вытянутых руках пару костюмов-троек.
Один из них пришелся детективу впору. Нашлась и новая рубашка, запечатанная в пакет, был также подобран строгий галстук и почти новые кожаные туфли.
–Ну вот, можешь все-таки, когда хочешь, – промурлыкал сыщик, обращаясь к каптенармусу и вертясь перед зеркалом. – Такой костюмчик я бы приобрел для себя. Не стыдно перед людьми показаться.
Полковник прервал его смотрины и вызвал в кабинет.
Там детектива уже ждали вопросы, напечатанные на машинке.
Он быстро пробежал их глазами и кивнул.
……………………………
В камере, куда Пипсен зашел в сопровождении конвоира, его встретили четыре пары настороженных глаз.
Полковник предупредил, что разговор будет записываться на пленку, так что смысла импровизировать не было.
Внесли стол и полукресло, в которое Макс не замедлил втиснуть свой зад. После чего обвел взглядом помещение, а потом по очереди рассмотрел арестованных.
Глава 18.
–Пол Янг, гражданин США, Питер Браун, Роберт Браун- граждане Великобритании, Маркус Кампана- гражданин Франции. Ага, – проговорил сыщик, сверяясь с лежащими перед ним документами.
–Я- вице- консул Соединенных Штатов в Белграде Йен Мосс, – представился он сидящим перед ним мужчинам. Сразу хочу спросить: Питер и Роберт Браун- вы родственники?
–Даже не однофамильцы, – буркнул один из англичан, исподлобья рассматривая Пипсена.
–Я оценил шутку. Перейдем к делу. Я был вызван по просьбе господина Янга, моего соотечественника. Разумеется, я готов оказать любую консультативную и иную помощь в рамках моих полномочий всем находящимся здесь, независимо от гражданства, и действуя по поручению моих английских и французских коллег.
(Детектив успел пролистать документ о функциях консульских представительств за рубежом, поэтому рамки полномочий были ему более-менее понятны).
–Вопрос первый: подвергались ли вы в плену физическому насилию?
Все отрицательно покачали головами.
Вопреки ожиданиям, арестованные вели себя очень замкнуто и совсем не стремились к общению. Это несколько озадачило сыщика: он рассчитывал, что они не дадут ему рта открыть, а выходило как раз наоборот.
–ОК. Далее. Сразу должен сказать, господа, что положение ваше крайне затруднительное. Согласно этим документам, вы все бойцы частной военной компании «Кондор», то есть являетесь наемниками, что автоматически ставит вас в положение «вне закона» и позволяет применить в вам любые меры, предусмотренные военным положением, вплоть до расстрела на месте. Однако, как можно заметить, вы все еще живы, что свидетельствует о доброй воле со стороны Армии освобождения Косово.
– Это не армия, а сборище бандитов и убийц, – подал голос один из Браунов, – Вы не видели, что они творят с собственными мирными жителями, которых считают оппозицией? Я бы посоветовал проехаться по опустевшим деревням- остальное поймете сами.
Пипсен почувствовал себя неловко и несколько сник.