Крах Третьего рейха полностью

Подписание капитуляции фашистской Германии в Реймсе фактически отодвигало Советский Союз от  «праздничного стола» победы. СССР, вынесший самые тяжелые испытания и понесший самые тяжелые людские и материальные жертвы и потери, оказывался в стороне от кульминационного момента победы — подписания Акта о капитуляции фашистской Германии.

Такое положение, естественно, никоим образом не устраивало Советский Союз и его лидеров. Наша позиция в этом вопросе была последовательной: фашистская Германия должна подписать Акт о капитуляции перед лицом уполномоченных представителей держав-победительниц в сердце Германии — Берлине.

К чести наших союзников по антигитлеровской коалиции следует признать, что такая позиция СССР нашла там понимание и поддержку.

Накануне событий в Реймсе, связанных с подписанием акта о капитуляции Германии, между главами государств и правительств СССР, США и Великобритании имел место достаточно интенсивный диалог об официальном объявлении дня окончания войны. Немецкие войска на западе, выполняя директивы Деница, более или менее организованно капитулировали, однако на Восточном фронте ситуация продолжала оставаться довольно сложной. Немецкие войска продолжали очаговое сопротивление, которое на отдельных участках было крайне ожесточенным.

По первоначальному плану предполагалось объявить об окончании войны одновременно в столицах ведущих держав по антигитлеровской коалиции 7 мая в три часа дня после полудня по британскому времени, что соответствует четырем часам дня после полудня по московскому времени и девяти часам утра по вашингтонскому времени. Такова была инициатива Черчилля, и ее поддержали и Сталин, и Трумэн.

7 мая рано утром в Реймсе немцы подписали акт о капитуляции перед верховным главнокомандованием союзных  войск. В тот же день в 14.27 новый министр иностранных дел правительства Деница граф Шверин фон Крозиг выступил по радио во Фленсбурге, провозгласив, что германские войска капитулировали и война окончена.

Учитывая быстро меняющуюся обстановку и настроения в войсках союзников и, главное, в странах антигитлеровской коалиции, генерал Д. Эйзенхауэр хотел, чтобы победа официально была провозглашена в 18.00 по лондонскому времени 7 мая, т.е. когда в Вашингтоне будет полдень, а в Москве — 19.00.

Союзным командованием и лидерами США и Великобритании были предприняты интенсивные шаги по склонению к этой точке зрения и советской стороны. Однако Сталин «отказался признать подписи в штаб-квартире Эйзенхауэра, желая, чтобы они были поставлены в Берлине и обязательно Жуковым».

Используя радиообращение Крозига в качестве предлога, Черчилль предпринял последнее усилие, пытаясь убедить Сталина согласиться с тем, чтобы объявить о победе вечером 7 мая. В 16.26 он послал Сталину текст выступления Крозига и подытожил его:

«Так как теперь весь мир знает о капитуляции, я считаю, что должен сделать объявление об этом в 18.00 по нашему времени, т.е. в полдень по вашингтонскому и в 19.00 по московскому времени. В противном случае будет похоже, что только Правительства (держав) — единственные, кто об этом не знает».

7 мая Сталин отправил секретное и личное послание президенту США Трумэну, в котором отмечал:

«У Верховного Командования Красной Армии нет уверенности, что приказ германского командования о безоговорочной капитуляции будет выполнен немецкими войсками на Восточном фронте. Поэтому мы опасаемся, что в случае объявления сегодня Правительством СССР о капитуляции Германии мы окажемся в неловком положении и введем в заблуждение общественное мнение Советского Союза. Надо иметь в виду, что сопротивление немецких  войск на Восточном фронте не ослабевает, а, судя по радиоперехватам, значительная группа немецких войск прямо заявляет о намерении продолжать сопротивление и не подчиняться приказу Деница о капитуляции...»

Далее в письме Сталина содержалось предложение отложить объявление о капитуляции фашистской Германии на 19.00 по московскому времени 9 мая 1945 года.