— Взаимно, — кивнув ему, я открыла пассажирскую дверь, и выбралась на шумную улицу, но вместо того чтобы быстренько взбежать по ступенькам и скрыться в доме, подальше от любопытных глаз, устремилась к газетному киоску.
— Линси, я серьёзно! Нам нужно продумать это выступление до мелочей! Вот скажи, нам нужен огонь на сцене? — Настойчиво спросил Чарли двумя часами позднее.
Я закатила глаза и уронила голову на подушки. Я уже продумала всё до мелочей. Но меньше всего на свете мне хотелось обсуждать сейчас наш перфоманс на церемонии награждений журнала “Жесть”, до которого был ещё целый вагон времени — невероятных три месяца.
— Чарли, мы правда сейчас должны об этом говорить? У меня тут кризис жанра!
— Твою мать, Каролина! — Я прям видела, как он закатил глаза, поэтому раздражённо вздохнула:
— Да, Чарли, нам нужен хренов огонь. Нам нужен огонь, шесть танцоров, машина и бензин. Завтра утром я буду в офисе, всё обсудим.
Чарли вздохнул:
— Хорошо.
Мы немного помолчали. Чарли сказал:
— Хочешь, я позвоню..?
— Не нужно. — Перебила я, прежде чем он закончил. Конечно, Чарли предлагал решить все мои проблемы одним махом — позвонить менеджерам “Безнадёжных”, и заставить их принять меры. Вполне возможно, ему бы ничего не удалось, но проверять я не хотела. Просто потому что, в случае успеха, Ричи не позволено будет даже подойти ко мне. А я была готова ко всему, только не расстаться с ним навсегда.
— Ладно. Не расстраивайся, детка, всё образуется, — вздохнул Чарли.
Я фыркнула:
— Однажды — обязательно. Спасибо тебе.
Нажав отбой, я рухнула обратно на подушки. Диван был завален цветными страницами утренней прессы. ”ПОЙМАНЫ НА ГОРЯЧЕМ” — вопил заголовок жёлтого издательства “Папарацци”, “ЛИНСИ НЕ ПРОЩАЕТ” — противоречили им “Люди”, “РОМАН ГОДА ПРОДОЛЖАЕТСЯ?” — неуверенно вопрошал “Неформат”, и, наконец, “ТЫ СОВСЕМ РЕХНУЛАСЬ?!” — вопило сначала сообщение от Дилана, а потом и сам Дилан в телефонную трубку. Против скандала он, конечно, ничего не имел, но, зная всю мою идиотскую историю с Красавчиком от Чарли (скорее всего), не мог остаться в стороне. Длинное, кричащее сообщение от Керри, брошенного в самом эпицентре событий без малейшей подробности, я малодушно побоялась открывать.
Лёжа прикурив сигарету, я крепко задумалась. Наверное, я и правда рехнулась — с Красавчиком мне не светит, и никогда не светило ничего, кроме проблем — и с прессой, и с самооценкой, а я так легко отказалась от помощи Чарли. Даже не подумав. И самое страшное — ни секунды об этом не жалела. Я просто не была готова действительно расстаться ним — чтоб ни звонков поздно ночью, ни редких встреч... ничего. Возможно, в этом и была проблема.
Старательно потушив сигарету в переполненной пепельнице, я с трудом оторвала задницу от дивана, и решительно сгребла ворох пёстрых страниц с кричащими заголовками в охапку.
— Здесь вам самое место, — сказала я, заталкивая утреннюю прессу в мусорное ведро, — как, впрочем, и моей большой любви к Ричи.
— Я выбил вам закрытие, — без приветствий, вступлений или хоть какой-нибудь подготовки сказал Дилан, заходя в переговорную. Я подавилась печенюшкой.
— Получилось?! — Завопил Чарли, хлопнув меня по спине. Мой нос чуть не встретился с блестящей поверхностью стола, но никто не обратил на меня внимания — Чарли от всей души обнимал Дилана, то и дело дружески хлопая его по плечу. Изначально я воспринимала Дилана как обычного чувака, менеджера по поиску талантов, каких миллион, или ещё каким менеджером. И только спустя несколько месяцев, находясь уже в туре с только что с горем пополам собранными “Clockwork Hears”, я выяснила, что он на самом деле — владелец и идейный вдохновитель всей этой богадельни.
Я, наконец, откашлялась:
— То есть, ты сейчас хочешь сказать... то, что я думаю?
Дилан воодушевлённо закивал. Я встала:
— Без шуток?
— Без шуток.
Я нахмурилась, и медленно кивнула. Да быть того не может.
— Подожди. Скажи это.
— Что “это”? — Дилан вскинул бровь и посмотрел на меня, как на умалишённую.
— ЭТО.
Наконец, Чарли не выдержал:
— “Clockwork Hearts” закрывают церемонию “Жести”, Линси. Мы сделали это.
У меня вырвался нервный смешок, и я прикрыла рот ладонью. А в следующую секунду уже висела у Дилана на шее вместе с Чарли. Мы обнимались, прыгали и смеялись. Это была чёртова вершина карьеры, по крайней мере — моей, и я не представляла себе, чего ещё можно хотеть, помимо чести закрыть церемонию вручения Рок-Грэмми. Разве что выиграть во всех своих номинациях.
— Как тебе это удалось? — спросила я, когда мы втроём чинно уселись за стол.
Дилан пожал плечами:
— Ну, ты ведь хотела устроить шоу? Устраивай.
Я коротко кивнула:
— Спасибо.
Чарли, предчувствуя, что я сейчас разведу сырость, если не вселенский потоп, хлопнул в ладоши:
— Раз уж мы заговорили о масштабных выступлениях! Мы подумали и решили, что вам надо устроить большое шоу в Солнечном Городе. Скажем, через две недели или месяц после “Жести”. Закрепить успех, так сказать.
— А если мы ни одной статуэтки не возьмём? — Я затравленно изучала печенье.
