КрасавЕц полностью

– Я все еще капитан на этом корабле, – просверлил злобным взглядом, уверившись в ее словах, что она абсолютна права. – Распитие спиртного на рабочем месте…

– Ха! – перебила она, – ты не являешься в нашем браке старшим над ними.

– Неужели? – язвительно выплюнул. Великие духи, дайте мне терпения не оторвать этот глумливый язычок. – А давай-ка посмотрим, что здесь написано, – я сделал шаг вперед, а она в защитном жесте закрылась руками. – Что испугалась? – усмехнулась я. – Я давно все рассмотрел, так что слушай.

Усевшись удобно в кресло, положил ногу на ногу и взглядом указал парням, чтобы они испарились. Может, когда я обладал энергией, был самым могущим среди всех, но сейчас у меня не было никакого желания меряться с ними силами в обычном бою. Те облегченно вздохнули и вышли, захватив одежду. Рано они понадеялись избавиться от наказания. Все равно проведу с ними разъяснительную беседу.

Вид растерянной девушки немного успокоил пыл, и я принялся досконально рассматривать ее наряд. С каждой пройденной секундой дыхание учащалось, а сердце трепыхалось, как у юнца.

– Садись, – буркнул я, отрешаясь от наружной картинки и отводя глаза. Венера плюхнулась напротив меня, тут же подвигая тарелку к себе и наливая еще один стакан красной гадости. – Можешь не стараться, – я забрал у нее бокал, вплеснув его в себя и наморщив лоб. – Тебя теперь невозможно отравить. Скажи за это спасибо своим модифицированным предкам.

Она вздернула курносый нос: – Я сирота с Земли.

– Ты знаешь, что это не так, – я постучал по подлокотнику. – За это время я успел изучить и понять, что хоть ты и рисуешься, и строишь из себя иногда дурочку, ты не такая как кажешься.

– Вот уж спасибо за сомнительный комплимент, – она улыбнулась, обнажив зубки. – Что еще скажешь в свое оправдание?

– А зачем? Что это изменит? Ты считаешь себя жертвой, а мы твои обидчики, а я главарь банды – пусть ты в это и дальше пока веришь. Но! – я уставился ей прямо в глаза, пытаясь донести ей основное. – Ничего уже не поменяется.

– Вы не дали мне право выбора, – заупрямилась она.

Я захохотал. О чем она?

– Милая, только с истинным ты можешь получить настоящее удовольствие, – я подскочил с места и оказался рядом, нависая над ней. – Скажи, сколько раз тебя ублажали? Сколько раз ты воспаряла? Сколько у тебя было любовников? – последнее все еще терзало меня. Руками оторвал бы злосчастные члены этих доходяг.

– Это тебя не касается, – уперлась она руками в мое тело. Я успел заметить печаль в ее усталых глазах. Конечно же, я прав. Стихийницы могут почувствовать блаженство только со своими половинками и никак иначе. Просто это чудо, что она изначально имела земную внешность, переданную ей от матери, и силу – от отца. Но что-то с ней приключилось в детстве, и сила заблокировалась. Придется выяснить, когда она начнет мне больше доверять. Тяжело с ней, упряма, как вымерший мамонт.

– У меня было много, много партнеров, – холодные слова обожгли мое сердце, – в отличие от тебя. Ты ведь девственником был, верно? – оскалилась она. Стерва, давит на самое больное. Как быстро люди становятся жестокими. Вечная борьба за выживание, стараясь улучшить место обитания, условия существования и тут не только совесть затеряется, но и приобретается эгоизм, жадность и скотство. Ценности, где ценности? Ради чего миллиарды людей существуют на планете? Ради бумажных денег? Нет, их путь еще долог. Смысл существования заключается как раз в его отсутствии. Только знания и усовершенствования себя дают жизнь новому.

Венера.

– Хочешь огромной и светлой любви до конца дней своих? – продолжила я упорствовать, нагнетая обстановку и выплескивая накопленное. – Ее не существует. Это понятие забыто землянами напрочь. И я такая же, как они. Так что вам ребятки, кроме как потрахаться, от меня больше ничего не светит.

Ему не понравилось мое высказывание. Любви не существует. Это чувство растоптали, а меня сломили, унизили в клочья, осмеяли при всех, обозвав наивной простушкой. Я так стремилась обрести семью, что отдалась первому встречному, тому, кто стал мне оказывать знаки внимания. Если еще в детдоме я берегла себя для будущего мужа, то, как только посчитала, что встретила этого самого кандидата, распрокинула от счастья ноженьки, надеясь получить в ответ аналогичные чувства. Этой первой сволочугой оказался охотник за невинными телочками. Как он ржал, хвастаясь в очередном улове перед своими прихлебателями, не стесняясь описывать в красках мою наивность. Я только глотала слезы, выслушивая его и позорясь при всех. А если мне что-то было не по нраву, то могла катиться колбаской подальше. Ну, я и сбежала, замыкаясь при этом в себе.