Благо моя конфетная внешность вскоре поспособствовала новым отношениям. Однако сколько новый претендент не старался подготовить меня к постели, благородно ухаживая и срывая поцелуи, как только дело коснулось основного, я так и не дождалась обещанных бабочек в животе и звездочек перед глазами. Я тогда нисколько не пожалела, разорвав отношения первой и становясь хладной льдиной к мужскому полу. Может быть, это превратилось в боязнь, а может то, что в небольшом городке знакомый становится знакомым через знакомого и уже половину населения обзывало меня и дорисовало несуществующие связи. Намного проще было меня оскорбить, чем попробовать понять и простить друг друга.
Бесчеловечность процветает в любом слое общества. Когда я устроилась на работу и случайно обнаружила, что первый и второй мудаки работают там же и являются не только коллегами, но и друзьями, что-то переломилось внутри, оставляя организму лишь внешнюю апатию и пофигизм к жизни. Есть мужик у меня, нет, все равно – что воля, что неволя. Забив на личное и переключившись на обнаружение ошибок у других, я добилась небольшого уважения и страха со стороны работников, тайно распускающих слухи про меня. Ведь, что не говори, я достаточно умело обнаруживала их недочеты и манипулировала ими на свое усмотрение. Если второй хахаль вскоре уволился, то первый, самый наглый, сын местного депутата долго сражался со мной, а после добился окончательного перевода в тот момент, когда у него появилась желанная невеста. Наверное, пацан по-настоящему боялся ее потерять, так как тут же оказывался рядом со мной, когда я пересекалась с этой милой девушкой. Язык не повернулся ей рассказать правду. Она была единственным человеком, помощником бухгалтера, не пытающимся что-то ‘поиметь’ с фирмы. Слишком правильная. Рассудив, что такая быстрее перевоспитает его, чем мои россказни, я пожелала будущим супругам счастья и свалила в другой город.
Не сказать, что у меня было всего два перепихона. Окончательным третьим вариантом стал симпатичный мальчик по вызову, который обрадовался, что за деньги ему попалась нежирная неуродина. На радостях он предпринял три попытки разархивировать мое тело. Благо, кроме его основного приспособления, в ход пошел целый чемоданчик с игрушками, которые он с собой захватил. Видно, тяжела работенка, раз побоялся натереть свою буровую установку или наоборот страшился, что она сломается в самый ответственный момент. Поэтому под рукой имел целый арсенал различных размеров фаллосов. На остальное я смотрела расширенными от ужаса глазами, представляя, что не хочу получить лишнюю боль. Запретив ему прикасаться к искомому, я выдержала не больше одного или двух часов и распрощалась с довольным чурбаном, сующему в последний момент в дверях визитку с пятидесятипроцентной скидкой. Эко его зацепило, только эту бумажку я смыла сразу же в унитаз, надеясь, что она застрянет где-нибудь в трубе и всплывет у добротных старушек, расположенных этажами ниже.
Так что может, у кого и есть в голове любоффь-моркоффь или ее видимость, но точно не у меня.
– Хорошо, – милостиво Циклон кивнул мне в ответ, отошел и принялся раздеваться.
– Что ты делаешь? – непонимающе уставилась на него. Я же ясно выразилась, чтобы он от меня ничего не ждал.
– Раздеваюсь, – он скинул рубашку и джинсы, становясь передо мной во всей красе, так как походу забыл или специально не отдел свои труселя.
Шикарный образец мужественности не колыхнулся и не дрогнул перед моим цепким взором. А что мне ведь интересно. Сколько всего в инете показывают, но такое я увидела впервые: толстый, ровный, длинный, несгибаемый и с пупырышками.
– Тебе же все равно, – фыркнул он, – одним больше, одним меньше. Так что будь добра, поделись дырочкой.
Обидно, между прочим. Дырка находится в стене, позади дивана. А у меня сокровищница.
– Вот туда суй, – указала ему направление, – поверь, стена будет тебе более благодарной, чем я.
Я встала, собираясь покинуть развращенное место и намереваясь больше сюда не приходить. Пусть хоть обдолбится, лишь бы не смотреть.
– Э, нет, – пресек он мою попытку побега. – ИСИ, заблокируй до утра эту комнату. Ни мои, ни чьи-то приказы по ее открытию не исполняй. Ты понял?
– Принял к сведению и исполнению, капитан, – раздался щелчок и на панели зеленый огонек переменился на красный.
– Ну что, милая, порезвимся? – он подвигал бровями. Да, этот новый Циклон гораздо более эмоционален, чем прежний. Может он от меня вирус какой перехватил и тронулся умом? Или длительный недотрах повлиял на его нервную систему?
– Циклон, ты же умный человек, зачем тебе, я, вредная и злая? – уговаривала его, стараясь отойти от него подальше. Только вот расстояние между нами наоборот сокращалось. Он как кот следил за мышкой.
– Ты красивая, – пожал он плечами. – А про стену забудь, она не работает для тех, в ком нет энергии.
Да уж, точно бы тогда без руки или пальцев осталась, вот дурында.
