Некоторые представители планеты одомашнились настолько, что стали смешиваться с другими расами. На что это повлияло? Ну, во-первых, перед нами стояла длинноногая полукровка, с отсутствующими крыльями, но, тем не менее, с шикарным хвостом, мило махающим мужчинам из-под короткой юбки. Однако Шторма тоже не привлекла эта особа. Я заметила, что он так же, как и я разволновался.
– Гав-гав, – залаяла она, приглашая жестом в соседний зал. Я чуть не хрюкнула от смеха, вовремя остановившись и обрывая себя, что не настолько некультурная.
– Нас уже ожидают, – Циклон проговорил с оптимизмом.
– Зашибись, – расстроилась я. Как я пойму их, если элементарно не соображаю, о чем идет речь. Так и Шторма женить на мне недолго. Судя по всему, Циклон догадался, что мне некомфортно. Как только мы зашли в помпезный зал, он попросил судью:
– Уважаемый, моя жена не понимает местный язык. Возможно ли, вести процесс на всеобщем?
О, как удивилась я. В какой-то момент порадовалась за землян, поскольку всеобщим оказался русский.
– Конечно, – судья-мужчина довольно-таки неплохо был слажен. Острые ушки, немного приплюснутое лицо, благородно-длинные пальцы и сложенные коричневые крылья под цвет его шерсти, тьфу ты волос, заплетенных в косу. Лапы, то есть ноги не рассмотрела, так как он был в сапогах. Он усмехнулся, видя, как я его с интересом разглядываю его костюм. Никакого плотояда. Однако Циклон сразу проскрипел зубами: – Мы можем начинать?
– Пару минут, – судья вышел из-за красного дубового стола, спускаясь с возвышения и медленно направляясь к нам. Чем ближе он подходил и шевелил своим носом, тем больше я передергивалась, и тянуло помыться. Я точно принимала душ сегодня дважды, так как Шторм намекнул, что эта раса слишком чувствительна к запахам.
– Запах корицы перебивает, – пробормотал он, остановившись в пару метров от меня. Ну и что, я тот еще гурман. У них противозаконно использовать такие гели? Да я целый час потратила в магазине, когда нам удалось с Леей попасть на родную Землю, чтобы выбрать то, что мне понравится. Уж больно подташнивало в последнее время от всего.
– Стихийники, как любопытно, – казалось я ему стала в раз неинтересной и он переключился на Циклона и Шторма. Мне стоит ревновать? Насколько их предки передали им неприличные инстинкты?
– Пока молодая леди себе еще чего-либо не надумала, я, пожалуй, остановлюсь, – со смешком заявил судья. Я заметно покраснела. Хорошо, что они не умею читать мысли, вот бы казус произошел.
– Итак, я хочу выслушать пожелания каждого и затем оглашу вердикт, – быстрым шагом он вернулся за стол и развалился в своем кресле, словно намеревался получать удовольствие от происходящего. Однозначно зараза крылатая. – Начнем с очаровательной стихийницы. Подскажите, что вас тревожит?
– Я против развода, – не стала тянуть кота за хвост и сразу как на духу заявила о том, что меня беспокоило.
– Причина? – лениво спросил судья, делая какие-то пометки в открытом журнале. Мне кажется, он там тупо рисовал цветочки, так как у него было уж больно скучающее выражение лица.
– Я люблю своего мужа и не хочу с ним расставаться, – сухо дополнила. Обнажать душу – то еще дельце.
– Которого из них любите? – неподдельно уточнил песик.
– Циклона естественно, у меня один муж, – пожала я плечами. Неужто ему не ясно? Тем более собранное дело заранее лежало у него, где говорилось о том, кто кому приходится. Так, по крайней мере, мне рассказывал ИСИ, когда я расспрашивала, как происходят такие слушания.
– Не понял, – пробормотал Циклон. – Ты что думала, что я с тобой собираюсь развестись?! – повысил он голос.
– А ты что желал сделать что-то другое? – съязвила я, разворачиваясь к нему и упирая руки в бока. – Только не уверяй меня, что не говорил этого!
– Да, то есть, нет. Глупая женщина ты меня совсем запутала, – прорычал Циклон.
– Ну, конечно, сполз до оскорблений. Больше тебе сказать нечего, – процедила я, скалясь.
– Не слушайте ее, – он махнул в мою сторону рукой. – Она несет чушь.
Нервы все-таки не выдержали, и я с рычанием и кулаками бросилась на него. Не знаю, о чем я думала в зале суда, но явно не о том, чтобы вести себя прилично и беспокоиться о чувствах других. Я колотила его по телу, вымещая накопленную обиду. Циклон не шевелился, давая мне возможность окончательно разрядиться. Через пару минут я поняла, что мои трепыхания не оказывают на него абсолютно никакого влияния. Наступив с размаху каблуком на его ногу, я наконец-то успокоилась.
– За что? – охнул он.
– Если сейчас вы захотите с ней развестись, я смогу дать этому делу продолжение, – непринужденно продолжил, как ни в чем не бывало судья. – За легкое избиение можно угодить на пару месяцев за решетку.
Мне показалось или судья надсмехался над нами.
– Нет, я против развода между нами двоими, – голос Циклона подвел, как будто мужчина переживал. Я весь день боялась взглянуть ему в глаза, ожидая увидеть в них презрение. – Но я требую развода между моей женой и им, – Циклон указал на неподвижно стоящего Шторма.
Я охнула от неожиданности. С чего он решил, что Шторм мой муж?
