– Он мне не муж, – покачала я головой. – У нас с ним ничего не было. Скажи им, Шторм.
Судья подобрался, приготовившись выслушать следующего оппонента. Но Шторм не проронил ни звука.
– Чего ты молчишь? – не вытерпела я.
– Да, да, скажи ей правду Шторм, – печально добавил Циклон.
– Так уж и быть я вас тоже выслушаю, – судья подтолкнул Шторма, напоминая, что мы находимся на слушаниях, а не на прогулке.
– Был один раз, когда произошла привязка, – по-моему, он хуже всего себя чувствовал, оголяя правду-матку. – Больше, кроме поцелуев, между нами ничего не было.
Циклон напрягся, а я быстро дополнила: – Через поцелуй я передавала энергию, чтобы он не умер, когда мы были в плену у октопуса.
– Тварь еще жива?! – резко подскочил судья.
– Нет, – я покачала головой.
– Понятно, – судья почесал ухо на автомате. Разнервничался тут с нами и забылся. – Космический поцелуй – это как топливо для тарелки. Теперь я понял, почему привязка сразу не исчезла после повторной консумации между вами, – он кивнул на меня и Циклона. Последний прерывисто дышал мне в затылок и как минимум мечтал отшлепать за мои предположения, а как максимум закрыться где-нибудь и наверстать упущенное за недели.
– Итак, – судья перестал писать и уставился на нас непроницаемым взглядом. – Не терпится опросить остальных, участвующих в вашей привязке.
Я готова была провалиться сквозь землю. Прям, распутная девка, что еще можно про меня подумать.
– Однако есть факты, согласно которым ваше сестра завершила обряд с двумя из них и есть еще стихийник, который смог преодолеть ваше притяжение, – рассуждал судья. Мы притихли. – Скажите, молодой человек, как вы относитесь к самке на самом деле? Говорите, как есть. Ложь, я все равно почувствую.
– Венера мне нравится, – начал Шторм издалека. – Она хорошая девушка и много настрадалась. Не буду отрицать, что причастен к ее бедам. Меня безумно тянет к ней магнитом. Быть может потому, что она единственный человек, который не испугался истинного обличия стихийников, а может то, что она слишком долго сопротивляется мне, – закончил он.
– Последний вопрос, хотя решение я уже давно вынес заочно, – выдал судья. Эй, а с чего тогда мы тут распинаемся, и разыгрываем целую трагикомедию перед ним?
– Простите, Венера, я немного виноват перед вами. Не каждый раз ко мне приходят любящие друг друга гуманоиды и просят развести друг друга. Уж больно хотелось посмотреть на ваши реакции, – со смешком выпалил судья. Да, я ему морду сейчас расцарапаю. Циклон обхватил меня за талию, удерживая от явной провокации.
– Подумайте хорошо, Шторм. Если бы вы остались только вдвоем с ней, то как бы вы относились к Венере? – прозвучал долгожданный вопрос.
Ой-е. Циклон так сильно вцепился в меня, что я пискнула.
Шторм вперился в меня странным взглядом. Затем повернулся к судье и выдал: – Я бы оберегал ее, не склоняя ни к чему, пока она сама не сделала бы первый шаг.
Мало мне пересмотренных сериалов. Спорила с ИСИ, что гуманоиды ими зря не увлекаются. Хватит, вот тысячу лет не утыкивалась в телевизор и не хочу, а по галоканалу такие страсти не показывают.
– Все, как я и думал, – заключил судья. – Оглашаю вердикт. Опуская фамилии, звания и прочее, постановляю брак между Циклоном и Венерой оставить в неизменном состоянии, то есть не расторгнутым. Поясню. Связь стихийников можно разрушить только после смерти одного из вас. Не думаю, что вы пойдете на это.
– Но как же? А что делать с ним? – встрял Циклон, импульсивно переключаясь на Шторма.
– Да, что делать со мной? – оскалился мужчина.
– Я не готова с обоими, – прошептала я.
– Я не закончил! – грозно рыкнул судья, которому надоели наши пререкания. – Еще когда вы зашли сюда я почувствовал еще одного участника, то есть участницу данного события, – исправился он. – И именно из-за нее связь между Штормом и Венерой не ослабевает до конца.
Наши недоуменные лица вытянулись. Про кого это он вещает?
– Свой выбор до рождения сделала ваша дочь, – припечатал он. – Она и закончит обряд со Штормом.
– Чья дочь? – несмело пролепетал Циклон. – Моя??
– Ну, не моя же, – заржал судья. Из него полным ходом искрилось веселье. Вот и Шторм как идиот расплылся в улыбке, поглядывая на мой живот.
– Но у меня не может быть детей, – возразила. – Я старая.
– Деточка, тогда я по сравнению с тобой просто рухлядь, – еще больше захохотал судья. – Мне двести пятьдесят три года и я в самом расцвете сил, как и ты.
– Ик, – некрасиво икнула я и тут же прикрыла рот. Икота не вовремя напала на меня. Наверное, сестра вспоминает. Интересно, удалось ей найти приемного отца, на поиски которого они в срочном порядке сорвались?
– Вы не рады? – посерьезнел судья, прекращая смех.
Да как-то неожиданно. Я в этой жизни вообще планировала умереть старой девой, а мне в очередной раз небеса посылают подарок в виде дочери и готового зятя. Я повернула голову к Циклону. Мужчина почернел лицом.
– Я, я, – задыхался он. Неужели от радости все слова забыл? – Чей это ребенок? – выдал он.
Я сузила глаза в неверии, что он сомневается до сих пор во мне.
