– Кэти, … я не хотел, чтобы ты увидела хоть что-то из этого. Я пытался держать тебя подальше от этого. Прости. Но сегодня ты узнаешь, что реальный мир порой очень страшен. В нем живут плохие люди. И что порой… некоторые люди плохи настолько, что есть лишь единственный способ остановить их – уничтожить. Потому что тогда и только тогда… ты обретешь хоть какой-то мир.
Папа теперь обратился к Кевину.
– Не то, чтобы ты заслуживал этого. Но в любом случае, моя семья наконец-то обретет мир. И мне не стыдно сделать то, что мне нужно сделать, чтобы это произошло.
– Милая речь, любовь моя, – Кевин подошел ближе к папе и схватил его за подбородок со словами:
– Последний поцелуй, прежде чем начнем?
И он с силой прижал свой рот к папиным губам, …и это случилось. Драка началась. Чего я не смогла сказать папе – так это того, что я мое запястье было приковано к запястью Кевина наручником. Но я решила использовать это, чтобы помочь папе в драке. Я могла это сделать.
Хотя, это было трудно. На полу было полно трещин на стекле, …и дыр. И они уже дрались друг с другом по-настоящему грубо. Мой папа оттолкнулся от поцелуя Кевина, с отвращением вытер рот рукой и немедленно выбросил кулак в направлении Кевина, промазав по его носу. Кевин развернулся и потянул меня за собой, думая, что я безропотно последую за ним и пойду туда, куда он хочет.
Он ошибся.
Даже если это было бы и трудно, я могла бы сделать правую руку Кевина полностью бесполезной и опустить ее вниз, а в это время папа мог хорошенько его стукнуть. Поэтому я так и сделала. Я схватила Кевина за руку обеими своими руками и с силой потянула вниз, садясь на пол так, чтобы не стоять у папы на пути.
– БЕЙ ЕГО, ПАП! – сказала я ему, – Бей его СЕЙЧАС!
– Кэти, убирайся отсюда! – крикнул мне папа, когда воспользовался шансом и ударил Кевина прямо в его огромный жуткий глаз. Он не знал, что я была прикована к этому месту так же, как и он, и сейчас не было времени, чтобы объяснять.
Кевин зарычал на меня и дернул свое запястье, пытаясь ослабить мою хватку, …затем решил использовать более слабую левую руку и замахнулся, чтобы ударить папу по лицу.
– Осторожно, ПАП! – крикнула я, и папа дернул головой назад, избегая приближающегося кулака. Они на мгновение сцепились, сражаясь друг с другом за возможность ударить первым. Я огляделась по сторонам, пытаясь придумать – что еще я могу сделать, чтобы помочь папе.
Кевин обвил рукой горло моего папы и папа пытался дергать шеей, чтобы вырваться. Я вскарабкалась на Кевина, обхватила его ногами за талию и принялась шлепать его по глазам. Я пыталась бить изо всех сил, и Кевин заорал и выпустил моего папу, но потом он схватил меня за волосы и сильно дернул.
– Слезь с меня, маленькая СУЧКА! – прокричал он, сбрасывая меня с себя на стеклянный пол.
Как только я приземлилась, стекло чуть-чуть треснуло, но затем трещина остановилась, и зазубренная полоса начала двигаться в сторону моего папы. Я не дышала секунду, испугавшись, что она поползет дальше.
Я вскрикнула, когда Кевин дернул меня за волосы, и это было все, что было нужно услышать моему папе.
– УБЕРИ СВОИ ЕБАНЫЕ РУКИ ПРОЧЬ ОТ МОЕЙ ДОЧЕРИ, ПИДОР! – крикнул папа, и я подумала, что сейчас стекло треснет еще сильнее, но оно не треснуло.
И папа двинулся на Кевина, чтобы схватить его за горло, но немного левее его ноги была небольшая дырка в стеклянном полу.
– Осторожно, ПАП! – я завизжала, довольная тем, что находилась близко к этому месту и смогла дернуть его за штанину, чтобы его кроссовка не попала в дыру.
Кевин ударил меня ботинком, и я почувствовала очень сильную боль в спине. Сначала мне захотелось заплакать, но я вспомнила Беллу и сдержалась. Я должна была встать и продолжать помогать, …или папы у меня больше не будет. Я знала это.
– КЭТИ, НЕТ! – сказал мне папа, хотя даже не видел, где я, …теперь он знал, что я близко, – УЙДИ С ДОРОГИ, УБИРАЙСЯ ОТСЮДА!
Они сильно дрались, и я пыталась держаться в стороне от них, …я по-прежнему висела на Кевине и тянула его за запястье вниз, чтобы он не смог ударить папу, …и даже чтобы не смог загородиться от папиного удара. Я не думаю, что он хорошо подумал, когда решил приковать меня к себе наручником. Или так, или он не думал, что я тоже буду с ним драться. Он рассчитывал, что я напуганный маленький ребенок, и что этим он делает хуже папе, а не себе.
Он не слишком хорошо знал Калленов, да? И Свонов. Потому что когда у меня появилась возможность посмотреть вниз, туда, где стояла Белла, я увидела, что ее там нет. На секунду я подумала, что она ушла, …но потом я увидела ее,… она карабкалась вверх по оставшемуся каркасу стеклянной лестницы, …и там был ПИТЕР! Он помогал ей карабкаться! Я увидела еще одну фигуру и когда снова сверкнула молния, я узнала Маркуса! Они пришли нам на помощь!
Я была так взволнована, я чуть не заплакала! Питер карабкался сюда, чтобы спасти меня! Это была мечта, ставшая явью. Даже, несмотря на то, что было невесело смотреть, как Кевин и мой папа дерутся. Мне было ненавистно видеть, когда Кевин ударил папу. У меня было такое чувство, что я постоянно все порчу.
