Красная дорама – 2 полностью

— Ничего подобного! — заявил между тем Кан. — Указ планируется не секретный — в смысле, не более секретный, чем обычно! Так что не надо мне тут, товарищ младший лейтенант! — снова изобразил он суровость.

Ну, не надо — так не надо.

— Но персонально на вас, товарищ капитан, представление не подпишу — пока не извинитесь перед женихом и не помиритесь с ним! — повернулся полковник к Джу.

— Так мы и не то чтобы ссорились, — беззаботно пожала плечами Мун Хи.

— А вот Юн Ён Су считает иначе! Просто рвал и метал тут — еле его успокоил. Я! Еле-еле! Так что закройте, пожалуйста, тему, товарищ капитан! Иначе товарищ Джу Джи Хён, ваш дед, меня со свету сживет!

— Есть закрыть тему! — буркнула Джу.

Полковник только головой покачал.

На этом он нас и отпустил.

— Чон- сонсэнним, я же вам самого главного так и не рассказала! — воскликнула Хи Рен, когда я уже собирался уходить.

Наши с ней занятия английским возобновились и снова стали регулярными. Разве что приезжал я к девочке теперь по вечерам, часам к шести: в Первой школе у нее появилась общественная нагрузка по линии Союза детей — которой юная активистка весьма гордилась, но домой теперь возвращалась не ранее пяти пополудни.

Поэтому до нашего с Хи Рен очередного урока я еще успевал заехать в госпиталь к Чан Ми. Ким так пока и оставалась в боксе интенсивной терапии, но врачи на ее счет были просто-таки преисполнены оптимизма. Правда, большую часть дня девушка сейчас крепко спала — за все три визита после ее выхода из комы я еще ни разу не застал ее бодрствующей. Но и доктора, и Катя Кан в один голос твердили, что это совершенно нормально — тем более, что время от времени пациентка ненадолго просыпалась, это просто мне не везло в нужный момент оказаться рядом.

Ученице мудан я закинул было удочку: не стоит ли как-то дополнительно поспособствовать выздоровлению Чан Ми нашими, шаманскими методами — но та заявила, что теперь лучше положиться на традиционную медицину. Мол, тонких воздействий Ким и так получила на пределе того, что могла вынести — и новое вмешательство ситуацию способно было только ухудшить.

Рассудив, что Кате виднее, настаивать я, понятно, не стал.

…– У нас тут вчера такое было! — пылко продолжила между тем Хи Рен.

— Да? — отвлекшись от мыслей о Чан Ми, повернулся я к девочке. — И что было?

— К онни дедушка с бабушкой приезжали! И… гм… случился скандал!

— Скандал? — удивленно приподнял я бровь.

— Ну да! Онни, оказывается, поссорилась со своим женихом — ну, помните: офицером, который нам с медалью тогда помог. И ее дед стал настаивать, чтобы она, значит, попросила у того прощения. Не знаю, за что — но вроде как дед считает, что онни в чем-то перед женихом провинилась. А она — представляете? Сказала: нет, не буду! И вообще, дескать, мириться не намерена — даже если тот сам к ней приползет с извинениями и весь подъезд своими пошлыми розами засыплет! Дед сперва спокойно с ней разговаривал — он вообще редко голос повышает — а потом как начал кричать! Мне даже в соседней комнате страшно было! А онни — ни в какую! Сказала: приказ командира выполнен, тема закрыта! Не знаю, что за приказ… В итоге дед хлопнул дверью и ушел! Бабушка за ним поспешила, но в прихожей остановилась и говорит онни — как-то одновременно и печально, и будто бы на подъеме: «Наконец-то ты, внучка, повзрослела!» А онни ей такая: «Наверное. Но только боюсь, что поздно…» Вот! — захлебнувшись от эмоций, девочка умолкла.

— Ну, в семье всякое бывает… И скандалы тоже, — не придумалось мне, как лучше заполнить возникшую паузу.

— Да дело не в самом скандале, — энергично мотнула головой моя ученица. — Чон- сонсэнним, вы мне вот что скажите, только честно… — подняла она на меня глаза. — Что, действительно уже поздно? Совсем-совсем?

— А почему ты у меня об этом спрашиваешь? — смешался я.

— Ну а у кого же еще-то? — простодушно развела руками школьница.

Хм…

— Видишь ли, Хи Рен… — аккуратно начал я.

— Нет! — замотала вдруг она головой. — Не надо, не отвечайте!

— Почему? — окончательно растерялся я.

— Да просто мне тут сейчас подумалось… Бывают ведь вопросы, ответы на которые лучше не выпытывать…

— Знаешь, Хи Рен, — немного натянуто улыбнулся ей я. — Похоже, ты у нас тоже взрослеешь!

— Наверное… — нарочно или нет, ответила она мне так же, как, по ее словам, Джу — своей бабушке. — Вот только понимаете, Чон- сонсэнним… — вздохнула девочка. — Раньше я думала, что повзрослеть — это здорово! Столько всего станет можно, чего маленьким нельзя! А вот теперь — не уверена. Онни, вон, тоже потом до утра проплакала… Онни! Она небось в жизни слезинки не проронила! А тут думала, наверное, что я не слышу, а у меня живот сильно болел, я несколько раз ночью вставала — и нечаянно ее спалила… Только не говорите ей, что я вам рассказала! — поспешно попросила Хи Рен. — А то она мне вовек не простит!

— Хорошо, не скажу, — с готовностью пообещал я.

А ведь с Джу мы сегодня не раз пересекались — но ни малейший следов ночных слез я как-то не заметил…