— Тут вот какое дело… — начал Ким — похоже, стараясь как можно тщательнее подбирать слова. — Разговоры ходят… Я, например, в магазине вчера краем уха слышал, в очереди… Никто здесь в такое, разумеется, не верит, но не могли бы вы прямо сказать… В общем, болтают, будто бы работа будет… ну… немного связана с вредными условиями…
— Говорите уж открытым текстом, товарищ: пошли слухи, что всех, кто вызовется, загонят скопом на урановые рудники? — будто бы чуть натянуто усмехнулся Чан Нгу Ен.
— Ну, вроде того… — немного нервно кивнул узколицый.
— Что ж, очень хорошо, что вы подняли эту тему товарищ! — провозгласил лектор. — Да, нам тоже известно о подобных разговорах. А также о том, откуда они пошли. Информация это пока закрытая, но с вами поделюсь: имеет место не просто досужая болтовня!
Зал ахнул.
Вот это признание!
— Конечно, отнюдь не в том смысле, что в этих гнусных россказнях содержится хоть крупица правды, — невозмутимо продолжил между тем Чан Нгу Ен. — Разумеется, ее там и в помине нет! А в том, что это — ярчайший образец самой настоящей вражеской пропаганды! Яда, коварно впрыснутого в наше общество из-за рубежа! Источники возмутительных слухов уже выявлены, соответствующими органами по ним ведется надлежащая работа…
В этот момент я мельком снова обернулся к Киму — и увидел, как побледнела сидевшая аккурат перед ним Ан — одна из трех девиц, чье дело мы столь бурно рассматривали в субботу на собрании.
— Я бы мог просто ограничиться призывом не поддаваться на подлую провокацию врага и не служить невольными его пособниками, — веско заявил тем временем оратор. — Но лучше кое-что объясню — чтобы раз и навсегда закрыть эту тему. Итак, первый момент: вопросы добычи полезных ископаемых, в том числе урановой руды, в принципе не относятся к ведению Министерства электроэнергетики! Ими занимаются совершенно другие ведомства! Когда им требуются новые сотрудники — они их и набирают. Сейчас же, как понимаете — все иначе!
В зале неуверенно закивали.
— Ну и второй существенный момент, — продолжил лектор. — Строительство атомной электростанции — дело, к сожалению, совсем не быстрое. Навскидку приведу несколько характерных примеров. АЭС «Олкилуото-3» в Финляндии: с момента начала ее проектирования до запуска в эксплуатацию прошло целых 23 года! АЭС «Вогтль» в Соединенных Штатах Америки — 17 лет! АЭС «Барака» в Объединенных Арабских Эмиратах — 12 лет! Разумеется, мы с вами живем в незаурядной стране, способной бить любые рекорды, поражая мир своими великими достижениями — но и в нашем случае строительство наверняка займет не менее пяти-шести лет! Я это все к чему: в ближайшие годы, пока наша станция еще только будет возводиться, резкого увеличения поставок уранового сырья попросту не потребуется! А значит, ни о каком расширении так называемых рудников вопрос сейчас просто не стоит! Теперь понимаете, товарищ, сколь нелепы потуги вражеской пропаганды⁈ — пристально воззрился он на узколицего.
— Да, конечно, яснее ясного, — поспешно согласился тот — и поспешно плюхнулся на свое место.
Собственно, абстрагируясь от темы вражьих происков, сами по себе доводы Чан Нгу Ена действительно звучали вполне убедительно.
— Еще вопросы? — осведомился тем временем тот.
Вот теперь зал оживился. Не иначе, слухи о рудниках многих останавливали, а тут призрак угрозы развеялся — и появилось, о чем поразмыслить. И что уточнить — пока есть такая возможность.
Пак Да Соль осведомилась, как будет обстоять на месте дело с жильем — пока не построен будущий чудо-город-сад (насчет последнего она, конечно, чуть иначе выразилась). Лектор обещал комфортабельное общежитие, и уже в перспективе нескольких месяцев — первые служебные квартиры.
Тетенька из кадровой службы — не знаю по имени — поинтересовалась, будет ли по окончании строительства возможность вернуться в Пхеньян. Чан Нгу Ен с усмешкой ответил в том смысле, что сами еще, мол, не захотите ехать назад. А работа, типа, найдется: в планах не один энергоблок — несколько, да и город при станции будет развиваться комплексно. Но когда и если в чьих-то услугах на месте по объективным причинам перестанут нуждаться — да, столица для них будет открыта.
Кто-то спросил, о переезде в какой регион страны идет речь — вот тут ответа не последовало: пока, мол, это является государственной тайной.
И так далее, и так далее, и так далее.
Что ж, похоже, прав был товарищ Гу: за добровольцами у нас дело не станет!
Другое дело, хорошо ли это для Пэктусан: так можно было бы сбагрить по разнарядке какой-нибудь балласт (как, знаю, и собирался сделать Сео, наш завскладом), а теперь свободы для маневра у нас, руководства, окажется куда меньше…
В целом предсказание товарища Гу действительно сбылось, но, не знаю как у других, а в нашем Управлении сто процентов вакансий добровольцы все же не закрыли.
