Рабыня, что стоит за спиной его, по всем уложениям на территории Арка, привезена была в повозке и на землю не ступала. До самого посольства она вместе с другими путешествовала так, чтобы и кончиком пальца не смогла коснуться «священной земли». Лишь в крытом дворе посольства, которое пожаловано нам правителем и на территории которого действуют законы пресветлой Шинги, выпущена была. Два месяца она исправно находилась в собственности посольства, до тех пор, пока не заявился этот юнец, – палец посла обвиняюще ткнул в юношу, следовавшего за митрой, – и не пронес кусок грязи в кармане. Обманом заставив наступить девицу на эту грязь, он потребовал освобождения той от рабства. Привел с собой жрецов храма Всеединого со стражей. Те, не дожидаясь суда вашего императорского величества, меня с моей собственностью разделили, и более до сего дня я не видел ее ни разу. Прошу восстановить мое право и погасить этот конфликт, возникший не иначе как по недоразумению между уважаемыми жрецами и пресветлой Шингой.
– Так ли все было? Отвечай, юноша, правдиво, – император обратился к молодому человеку, судорожно сжимавшему ладонь девицы.
– Ваше императорское величество, – тот бухнулся на колени. – Не оставь милостью! Почти год я работал, привозя воду в посольство. Но месяц тому мне ихний повар позвал отволочь бочку ближе к кухням, и там в загоне, как у скота прямо, я и увидел ее. Не было сил у меня уйти просто так, я пронес с собой кусок глины и, сговорившись с этой девушкой, положил глину перед ее ногой.
– Как звать тебя, юноша? – перебил император.
– Ой, простите, ваше величество! Я – Родлик, сын Кревала, водовоз. Я помогаю отцу. Самую лучшую воду мы возим прямо из предместий. Из владений его благородия тер Патара. В аренду источник тот сдает, а мы возим всюду.
– Суд не место для рекламы, юный Родлик. Итак, ты признаешь, что умысел лишить господина Та Шин Г`Хата имущества имел и план свой реализовал собственноручно?
– Истинно так, – покаянно склонился еще ниже парень.
– Рабыня, – император обратился к девице, – назови себя и расскажи, как обстояло все. Что помнишь? И верно ли то, что говорят тут?
Девица рухнула рядом с юношей. Ее светлые волосы рассыпались по серой дерюге простого платья.
– Прости, великий господин, нет у меня имени, – чуть не плача, начала она. – Все верно, что говорят здесь! И господин Та Шин Г`Хат не обманул тебя ни словом. И Родлик правду сказывал. Принес он земли мне, и я ступила на нее в гордыне своей, задумав сбежать от господина. Наказывай меня, великий господин! Прошу лишь, пощади юного Родлика!
– Довольно! – император поднялся с трона. – Слушайте мое слово. Нет здесь вражды более, ибо нет причины для нее. Отсюда признаю правыми всех говоривших. Рассуждаю так. Родлик – сын Кревала, задумал ты лишить имущества посла Та Шин Г`Хата и исполнил сие, посему наказан будешь. Доля твоя: уплатить имущественные потери и штраф. За злодейство и умысел получишь пять плетей.
Уважаемый митра, ты тоже прав, ибо ступила рабыня на землю священную и рабыней быть не может более. Отсюда ты назначаешься проводником ее в мир светский и духовный. Проследи, чтобы новый гражданин благословенной Империи Арк был обеспечен всем необходимым. Казна несет расходы, обращайся смело.
Посол, ты тоже прав. Посему получишь компенсацию от Родлика и благодарность от империи за нового подданного. Но помни, что посольство передано вам в аренду, а не даровано навек, и стоит оно на священной земле, по которой не ступала нога раба.
Рабыня, встань, ибо ты теперь свободна, нарекаю тебя Мила. Опекуном тебе будет сам митра Скроналис. Будь верной и живи достойно.
Суд окончен, все бумаги и предписания получите завтра у секретаря, свободны.
Император взмахнул рукой, и к каждой из сторон подошел гвардеец, чтобы проводить в присутствие и утрясти все формальности.
Шинг скривился в ярости и нехотя позволил себя увести.
Юноша и девушка, обнявшись, плакали, не скрывая облегчения, и ушли, лишь когда митра, мягко обняв их за плечи, настойчиво потянул к выходу.
Император снова утвердился на троне, а на пустое пространство ступил следующий проситель.
Тремя часами позже правитель, раскинув руки, полуобнаженным лежал в своем кабинете по центру любимого ковра.
За его столом, водрузив натруженные ноги на тяжелую столешницу, развалился в кресле Орест. Полумрак кабинета словно вытягивал усталость, и давние друзья отдыхали, ведя неспешную беседу.
Орест рассказывал байки, перемежая их простыми солеными шуточками, а император, наговорившийся за сегодня всласть, тихо впитывал мудрость народных преданий.
Послышался стук. В приоткрывшуюся створку нырнул Север. Кивком поприветствовав присутствующих, он устроился в кресле у камина.
– Принес вам новости, – Север невесело усмехнулся. – Из
– Да брось, – император приподнялся на локтях. – Просто очередное охлаждение отношений…
