– Честно? – он дождался моего кивка. – Мне будет нужна твоя помощь, Кара. Ты попала в большие неприятности и сама из них не вылезешь. Но мы можем помочь друг другу. А для этого между нами должно быть некое, – он замялся, – доверие. Да и истории мои таковы, что в них поверит мало кто.
– Интригующе.
– Отнюдь. Когда-то давно я верил во многое. Как я уже говорил, я был целителем, и поверь мне, весьма неплохим. Когда-то я за половину дня поставил бы тебя на ноги, и ты бы не вспомнила о том, что была ранена.
– Что изменилось?
– Ты будешь слушать или говорить? Я не очень люблю рассказывать свою историю, но могу послушать тебя.
– Извини, я умолкаю.
– Ага, о чем я? – он скосил глаза в сторону, но я молчала. – Ладно, я был целителем, молодым и глупым. Я жил немного южнее этого места. Того городка сейчас уже нет на картах. У меня был большой дом, прислуга, наложница, уважение и почет, зависть коллег – все, о чем можно мечтать, – он покачал головой, уносясь воспоминаниями в прошлое. – Но мне было мало. Я хотел не просто исцелять. Я хотел, чтобы человек стал лучше, чтобы болезни погибали, не причиняя ему вреда или хлопот. У меня была отличная лаборатория. Меня поддерживал местный префект, и из столицы постоянно приезжали с просьбами и за помощью. Я одно время даже лечил королевскую семью и был обласкан правителем. Но мне, как я сказал, было мало…
Наше тело имеет огромный запас прочности. Некоторые люди переживают травмы и болезни, от которых умирают тысячи. Я пытался пробудить эту силу. На территории королевства, тогда еще не было империи, были строгие законы. Нельзя было купить человека и ставить на нем опыты. Церковь была в силе и строго следила, особенно за экспериментаторами вроде меня. Но можно было ставить опыты над собой. Так я и сделал. Да и вообще, не мог же я, открыв способ, как улучшить человека, обойти себя самого! – Сатхи замолк, обдумывая что-то. Молчание затянулось надолго. Погруженный в свои мысли, жнец не замечал бегущих мимо минут.
– Что-то пошло не так? – наконец я просто не выдержала.
– Что? – Сатхи выпал из мыслей в реальность. – А нет, все удалось. Но в том и оказалась проблема… Несмотря на то что я не афишировал свои исследования, кое-кто о них все же узнал. В один день ко мне пришел человек и сказал: то, что я делаю, вредит миру. Не сейчас, конечно, но повредит в дальнейшем. Что мир сделал человека таким, какой он есть, не просто так. Что существует некий план, и если я продолжу свои изыскания, если все люди станут такими, какими я видел их в своих мечтаниях, мир просто умрет. Я тогда думал, это какой-то сумасшедший сектант. Но был с ним вежлив и учтив. Он ушел, сказав, что придет завтра, узнать мое решение. Будто бы я мог отказаться от своей мечты.
– И? – снова подтолкнула я жнеца.
– И он пришел. Я повелел слугам гнать его и никогда не пускать в мой дом. И тогда он начал убивать. Он разгромил все. Хотя тех, кто бежал, он не тронул. Он ворвался ко мне в лабораторию и крушил, крушил. И он хотел уничтожить меня. Мне было страшно тогда. Страшно оттого, что в нем не было ненависти. Он не был одержим, он казался человеком, который просто делает свою работу.
Может, этот страх придал мне сил? Но мне повезло в тот день, – жнец грустно усмехнулся. – Так я считал тогда, и именно мне удалось выйти живым из нашего противостояния. Но перед смертью он сказал мне кое-что…
– Что? – история захватила меня настолько, что я уже забыла про свою боль.
– Он меня поблагодарил, но сказал, что победивший чудовище сам становится чудовищем. Пройдет время, и я понесу бремя жнеца дальше. Он сказал, что я освободил его, и пожелал мне удачи.
– Звучит нереально. Как ты смог победить его?
– Ну, я же был целителем. Тот, кто умеет лечить, умеет и убивать. Да и моя лаборатория, в которой он напал на меня, была именно тем местом. Я знал каждую скляночку и колбочку, каждый агрегат и прибор… Не важно, я выжил. Но я был напуган, дом мой сгорел, лаборатория разрушена, слуги разбежались. Я и сам бежал и прятался. Много лет прятался, до тех самых пор, пока не понял, что меня никто не ищет. Я не знаю, был ли тот жнец единственным или просто я перестал представлять угрозу миру, но меня никто не нашел. А скорее, и не искал. Я многое потерял в тот день. Я лишился части своих способностей, но и кое-что обрел.
– Что же?
– Функцию и понимание. Так я и стал чудовищем.
– Что-то ты не похож на монстра, – я демонстративно оглядела невысокого жнеца. Сейчас, сидя на кровати с опущенной головой и усталостью во взгляде, он казался не старше, а древнее, что ли.
– Я не говорил монстр, я сказал – чудовище. Есть разница, поверь мне. Но это не важно. То, что ты видишь перед собой, девушка, лишь малая часть меня. Я потерял счет прожитым векам. И я сильно изменился. Теперь у меня есть функция.
– Это что еще такое?
