— По сути, вокруг вас всегда собиралось множество людей. Но большая их часть была предателями, подхалимами, лизоблюдами, просто подонками, недоумками всех сортов, продажными тварями. — Эшер разрумянился, подбирая эпитеты для их окружения. — Дряни. Продажные дряни. Маловеры. Убогие мрази. Завистливые злопыхатели. Невежественные кретины. Злобные трусы. Мелочные сволочи. Гниды. Гниды, а не люди. Просто гниды. Гниды. Ненавижу их. Не-на-вижу.
— Эшер, всё в порядке?
— Да, милорд. Простите. Это всегда брало меня за живое. Короче говоря, в этом мире мало кому можно доверять. Рутерсварду можно. По сути, кроме него и Жуков никто и не знает, ни где вы, ни что с вами.
— Пригласи Рутерсварда в мой шатёр. Хочу расспросить его.
Эшер немного помялся:
— Лучше повременить. Закончить здесь все дела. Собрать лагерь. Выдвинуться. А уже на марше сможете побеседовать. Он не из болтливых. Но всегда любил вас слушать.
Ингвар подумал, что Эшер прав. Вопросов у него много. Кроме того, была ещё одна причина. Если бы разговор происходил в лагере, то в шатре присутствовал бы Эшер. Нинсон же отчётливо видел, что даже при случайном разговоре, даже при вопросе о том, что будет на обед, люди, перед тем как отвечать, косятся на сенешаля.
Хотелось бы получить ответы от Рутерсварда, а не домашние заготовки Эшера.
— Так. А что с атраменто? У тебя правда был сосуд?
— Был, — нехотя сказал Эшер и развёл руками.
Ингвар выждал какое-то время, но сенешаль не продолжил.
Тогда Нинсон подсказал:
— Но-о-о…
— Но был утрачен, — с нажимом проговорил Эшер, как будто сетуя на недогадливость господина. — Милорд, вы меня, конечно, очень извините, но ведь дураку же ясно, что раз что-то было, а потом этого не стало, то это что-то было утрачено. Как же иначе-то?
— Дураку, может, и ясно, сенешаль. Но мне вот неясно. Как иначе, говоришь? Ну, можно было не утрачивать — было бы иначе.
— Иначе было никак невозможно. Потому что пришлось кое-кого подкупить с помощью атраменто. Не уверен, что сейчас самое время для расспросов. Может, письмо дочитаем?
— В чём-то ты прав. Но и ты меня извини, профукать атраменто — это надо уметь!
Сенешаль снова развёл руками, как бы признавая себя виноватым в досадной оплошности, словно утеря атраменто — это разворованный кирпич.
«ЛИСТ № 2 НАЧАЛО
Легенда. Вот кто ты! По рождению, по талантам, по судьбе. Вот кто я!
У меня оргон высшей пробы. Я умею любить. Я внимателен к миру.
Что ещё тут скажешь? Я почти Тринадцатый Лоа!
Шучу.
Единственная преграда для нас — это то, что ты спрятан сам от себя.
Может быть, тебе казалось, что ты живёшь не свою жизнь?
У меня для тебя хорошая новость — так и есть!
Ты — моя маска. А я — это ты.
То, что я могу против воли выдать себя Конклаву, вынуждает меня притвориться.
Потому что я достаточно сильно разошёлся во мнениях и с Ковеном, и с Конклавом.
Достаточно сильно, чтобы сменить место жительства, внешность, имя, квенту и всё остальное. Я кое-что о них знаю. И всё было хорошо. Пока они не узнали, что я кое-что о них знаю. Знаешь, как это бывает? Те, кто против тех, кто против тех, кто против нас…
Да, пока не забыл, сожги это письмо, как прочтёшь.
Потому что те, даже те, кто не очень-то сильно против нас, они при возможности всё равно нас предадут. Нет, это не повод расстраиваться или унывать. Просто держи это в голове.
Пройти через это горнило можно было, только перестав быть Таро Тайрэном.
И когда я, а вернее, ты, говорил им, что я не Таро Тайрэн, я не врал.
Если бы я не верил в придуманную жизнь травника, как в настоящую жизнь, то я не смог бы пройти через все допросы Нижнего Дома.
Увы, чтобы спрятаться, мне пришлось расстаться с частью умений и притвориться кем-то другим. Тобой. А поскольку я всё всегда делаю хорошо, я и здесь притворился до самого конца. По-настоящему притворился. Так можно сказать-то?
Теперь опасность миновала, и мне пора возвращаться.
Это что-то вроде того, как актёр должен поверить в то, что он ранен, чтобы как следует сыграть умирающего, чтобы зрителям стало его жалко, чтобы они перестали видеть мужика со стрелой под мышкой.
А стрела-то на хорошем клею. Теперь замучаемся отчищаться.
Но ничего. Искусство требует. Сам понимаешь.
ЛИСТ № 2 КОНЕЦ»
— Пока это всё совпадает с тем, что рассказывала мне Тульпа.
— Ну так ведь и должно быть. Ей-то вы объясняли подробности этого плана.
Ингвар передал Эшеру второй листок письма, в котором его называли травником.
— Тут квента упомянута. Можно мне посмотреть квенту Таро Тайрэна?
— Наверняка где-то есть. Разберём вещи и найдём. В сейфе смотрели?
— Так ты мне ключ не выдал.
— Да? Хм. Действительно. Давайте всё по порядку.
«ЛИСТ № 3 НАЧАЛО
У тебя сейчас возник закономерный вопрос: почему же ты помнишь о том, что ты никакой не колдун, а заурядный травник в замке ничего не значащего барона на краю света?
Качественная маскировка. Качественное погружение в роль. Полное. Абсолютное.
Лучшее! Потому что если мужика в бумажных латах и со стрелой под мышкой бить не бутафорским молотком, а настоящим, то довольно быстро он вспомнит, что никакой он не воин, а перепачканный куриной кровью актёр.
