– Ваше величество, может быть, не стоит гнаться за титулом? Конечно, фрейлины принцессы обязательно должны быть титулованы, никто не спорит. Но мне кажется, от гувернантки требовать этого не стоит. Достаточно просто хорошего происхождения.
– Жанна, ты говоришь сейчас просто так или у тебя есть кто-то на примете?
Жанна слегка смутилась. Мы чаевничали вечером в моей комнате, отправив остальных фрейлин отдыхать. Эти почти ежевечерние встречи настолько вошли у меня в привычку, что я, кажется, не уснула бы, если бы пришлось отменить хоть одну. За это время и Софи, и Жанна стали мне по-настоящему близки. В какой-то мере они стали частью моей семьи.
Я научилась ладить с мужем, я научилась направлять его в ту сторону, куда мне было нужно. Но близким человеком мне он так и не стал. Слишком уж избалован и эгоистичен был король. Вряд ли он любил кого-то, кроме себя. В целом вся его жизнь была направлена на удовлетворение собственных потребностей и прихотей. При этом он редко считался с чем-либо.
Даже его публично выражаемая любовь к Александру, собственному сыну, была всего лишь частью имиджа. На самом деле никакой особой привязанности к ребенку он не испытывал. Нет, разумеется, при встрече он задавал дежурные вопросы о здоровье сына, но это была чистой воды формальность. Про дочь он и вовсе частенько забывал спросить. Когда я, согласно нашей с ним договоренности, дважды в месяц делила с ним ложе, он ни разу даже не спросил о сыне с глазу на глаз. Я приняла то, что Александр его не интересует, и не навязывалась с рассказами об успехах дофина. Но и любви к королю это не прибавило. Именно потому не с ним, а с Жанной и Софи я обсуждала все проблемы детей.
Отвечать на мой вопрос Жанна начала очень издалека:
– Вы знаете, ваше величество, когда я ждала собственного ребенка, на соседней улице жила семья. Это старинная дворянская фамилия. Не из самых богатых, но вполне почтенных. С Мартой я познакомилась случайно. Иногда она приходила ко мне в гости выпить чашечку чая и поболтать. Она очень хороший и добрый человек, ваше величество, но, увы, ее отец не оставил ей совсем ничего. Все наследство перешло старшему брату Марты, женатому на Марлен Скоппор. Весьма недобрая особа, надо сказать. Марта жила в семье Бартла на положении прислуги. Она с пятнадцати лет занималась воспитанием его детей. И я подумала…
К этому времени Ангердо, достаточно быстро забывший свою мать, полностью доверил мне воспитание детей и даже не считал нужным вмешиваться. Именно поэтому я снова обратилась к герцогу де Сюзору. По его рекомендации пожилая обедневшая баронесса де Блейн в сопровождении Гастона, того самого лакея, лишенного фаланги пальца, собственной компаньонки и десятка королевских гвардейцев была отправлена в небольшой приморский город.
В месяце октембере я познакомилась с Мартой Гриффин. Некоторое время присматривалась к ней, а потом официально назначила ее гувернанткой дочери. Марте было двадцать семь лет. Она понравилась мне и спокойным нравом, и рассудительностью, а также тем, что быстро поладила с Элиссон.
Малышку, которая с трудом привыкала к новым лицам, Марта подкупила тем, что рассказывала ей по вечерам старинные баллады и сказки. Нельзя сказать, что фрейлины принцессы были в восторге оттого, что в их обществе появилась бедная, нетитулованная дворянка, но поскольку выбирала я их тщательно, то ни одна из них не осмелилась обращаться с гувернанткой грубо. А через некоторое время мягкий характер Марты и вовсе убрал эту отчужденность.
Скоро мне предстояло решать проблему с гувернером для Александра. И на этот счет у меня были собственные мысли. Последнее время Вильгельм де Кунц сумел значительно укрепиться при дворе, а благодаря личным качествам стать весьма интересной фигурой в глазах короля. Сама я с ним почти не контактировала во избежание сплетен и разговоров, и все отчеты получала через герцога де Сюзора. Благодаря его почтенному возрасту никто не осмелился бы бросить на меня и герцога даже тень подозрения. Так вот, генерал де Кунц и стал тем человеком, кого я попросила присмотреть гувернера для Александра.
Сын еще слишком мал, и время терпит. Но к двум годам я собиралась ввести в его окружение мужчину, который во многом станет для него примером. По сути, этот мужчина заменит в его глазах отца. С моей точки зрения, это только к лучшему: Ангердо вовсе не тот человек, на кого стоит равняться ребенку. Теоретически можно было взять для дофина гувернантку, а практически его и так окружали одни женщины. Так что я не считала гувернантку для сына хорошим решением. Посмотрим, кого сможет предложить генерал де Кунц.
***
Впереди была долгая, но нескучная зима. Из первых партий ткани, которые были хороши, но не идеальны, давным-давно не осталось ни клочка: все было продано. Однако мастерство рабочих росло, и последняя партия, сотканная уже каким-то другим переплетением нити, выглядела просто потрясающе. Сильнее был заметен шелковистый блеск, ткань была восхитительно тонкой, мягкой и пластичной. Поэтому я заказала себе и мужу два новых парадных платья.
